Былой Петербург: проза будней и поэзия праздника

«Удавшиеся выразительные приемы», о которых пишет Алексеев, теперь скорее напоминают кинематограф, чем театр. Трюк с гибелью Ермака, который «тонет», действительно погружаясь в «бурлящую» воду, в театре невозможен и противоречит самым фундаментальным канонам театрального искусства. Зато для кинематографа этот эпизод более чем органичен.

С 1898 года Алексеев работает в Петербургском попечительстве о народной трезвости: режиссером, главным режиссером, а с 1902‐го заведует всей театральной частью. Под его режиссурой проходили народные гулянья с театральными представлениями в Михайловском манеже, на Семеновском плацу, в Екатерингофском и Таврическом садах, Полюстрове, Петровском парке, на Васильевском острове, в саду при Народном доме в Александровском парке.

За свою деятельность в попечительстве Алексеев был удостоен звания почетного потомственного гражданина и большой золотой медали на Станиславской ленте[731].

К открытию Народного дома (1900) в Александровском парке, против Петропавловской крепости, Алексеев поставил историческую хронику Виктора Крылова «Петр Великий». «Обстановка „Петра Великого“ поражала богатством костюмов и роскошью декораций и аксессуаров. К участию в пьесе, кроме многочисленных статистов, была привлечена рота солдат одного из гвардейских полков»[732].

Алексеев руководил зрелищной частью Народного дома двадцать лет, ставя феерии, исторические и бытовые пьесы, драмы, комедии, оперы. «Народный дом вначале являлся своеобразным продолжением народных гуляний на площадях, – вспоминает режиссер. – Придя в него, я исходил из того, что наблюдал и чему научился на народных гуляньях Адмиралтейской площади, Марсова поля, Михайловского манежа»[733].

Один из посетителей Народного дома описывает свои впечатления от постановок Алексеева. «Мать решила, что для развития фантазии ребенка надо посещать волшебные феерии, которые показывал на сцене Народного дома маг и чародей театральных эффектов А. Я. Алексеев, – „80.000 верст под водой“ и „Дети капитана Гранта“ Жюля Верна, „Вий“ по Гоголю. Все эти спектакли представляли собой незабываемое зрелище благодаря неистощимой изобретательности постановщика, поражавшего зрителя быстрой сменой декораций. Огромное впечатление производило подводное царство с плавающими рыбами, акулами, спрутами. На сцену выползали гигантские удавы. Под колосниками реяли орлы – пикировали с неба и похищали кого-то из детей капитана Гранта. Все это сопровождалось звуковыми и световыми эффектами»[734].

Алексеев участвует в организации уличного политического карнавала 1 мая 1918 года. В 1919 году по его предложению у главного подъезда Народного дома силами Театральной мастерской Красной армии была представлена массовая постановка «Третий Интернационал»; в 1920‐м он был одним из устроителей революционной инсценировки «Блокада России» на Каменном острове[735].

«Что наиболее ценно было в режиссерской работе А. Я. Алексеева – это выдающееся и ныне почти забытое мастерство помпезного и „обстановочного“ спектакля, – говорится в статье, посвященной 85-летию со дня рождения мастера. – Но что представляет особый интерес – это разрабатываемая Алексеевым выдающаяся техника обстановочного спектакля. Алексеев поражает зрителя батальными сценами Полтавского боя, создающего полную иллюзию действительности. В его феериях гибнут в морских волнах корабли, низвергаются фонтаны, чудесными огнями светятся преображенные волшебством стены хижины, через вершины Альп по Чертову мосту переходят войска Суворова, и с грохотом взрывается мост. И когда он ставит, скажем, „80 дней вокруг света“ по Жюль Верну, то перед зрителем проходят торжественные религиозные шествия индусов, из туннелей вылетают поезда, от взрыва котла погибает океанский пароход»[736].

В 1908 году в Петербурге прошла демонстрация первого российского игрового фильма «Понизовая вольница», более известного под названием «Стенька Разин» (сценарий В. М. Гончарова, режиссер В. Ф. Ромашков). Съемка фильма проходила в окрестностях Петербурга (в Удельной?). И вполне вероятно, что эпизоды с лодками в фильме были поставлены Алексеевым.

Историк кино Анна Ковалова справедливо замечает, что до сих пор о непосредственной причастности Алексеева «к кинематографу писали применительно к одному лишь эпизоду: в 1913 г. фирма „Русское кинематографическое товарищество“, проводя съемки в Петровском парке, засняла инсценировку А. Я. Алексеева „Взятие Азова“».

Коваловой удалось установить, «что А. Я. Алексеев-Яковлев в середине 1910‐х гг. был не только театральным деятелем, но и весьма опытным кинорежиссером. К этому времени его фильмография насчитывала семнадцать картин: большинство фильмов, снятых в Петербурге в 1911 году, ставил именно А. Я. Алексеев. К сожалению, эти картины не сохранились, и о них нам известно очень немного: кинопресса о них почти не писала, а архивных документов, которые касались бы фильмов А. Я. Алексеева, тоже пока обнаружить не удалось»[737].