Былой Петербург: проза будней и поэзия праздника

В прошедшем мае месяце Невский проспект, как некиим очарованием, принял новый, несравненно лучший вид, явился прекраснейшею в свете улицею, в коей единственно нуждалась великолепная столица для торжественных случаев и выездов. Как будто по мановению волшебного жезла исчез высокий булевар, разделявший его на две равные половины, и теперь уже на месте сем разъезжают экипажи по гладкой мостовой. Справедливость требует однако ж заметить, что если булевар сей стеснял лучшую в столице улицу, то заключал для пешеходцев и некоторые выгоды, коих не представляют тротуары, сделанные ныне по обеим сторонам улицы. Во-первых, пешеходец, идя по нем, не был обеспокоиваем встречею с экипажем, коих теперь должен он беречься при всяком переходе мимо ворот под домами; во-вторых, взор его любовался ровно обеими сторонами улицы, и наконец с булеваром исчезнет любопытная отличительность сей улицы, нередко случавшаяся весною, т. е., что на одной стороне катались еще в санях, а по другой неслась пыль столбом от карет и дрожек! Но главная цель, для коей, вероятно, был он устроен, чтобы пешеходец во всякое время мог найти здесь приятное и покойное гулянье – оставалась невыполненною: ни весною, ни осенью, когда всего более нужно удобство уклониться от грязи, – нельзя было почти ходить по булевару. В сем отношении нынешние тротуары несравненно превосходнее – быв вымощены плитами, они всегда сухи, даже после самого сильного дождя.

Л. Бонштедт. Невский проспект у Аничкова моста. Бумага, акварель. 1847