Быт и культура древних славян

Нельзя, однако, определить, был ли этот вид женской рубахи первичным, или же ограничивались одним куском широкой ткани, в которую обертывали тело и затем сшивали с одного бока, как то было обычным для мужских рубах.

Женщины носили рубаху всегда опоясанной, и ходить без пояса считалось, очевидно, непристойным. Интересно отметить, что женщины варварских народов изображены на памятнике в Адамклиссе в рубашке, собранной у шеи в массу мелких складок, которыми еще и поныне набирают свои оплечья словачки в Карпатах, из чего можно судить, что эти складки и у славян были древнего происхождения.

Для предохранения тела от холода и от возможности запачкаться при работе древние славянки одевали на рубаху род верхнего одеяния, причем нижнюю часть тела, начиная от пояса, обычно закрывали фартуками, которые шли от зада к переду и наоборот; пережитки их сохранились в старинных народных костюмах, например, в Зап. Болгарии, где на сукман одевают два фартука: передний — «фута», «престилка» и задний — «вълненик», «завèска»[320]. Также существует два вида передников и у малоруссов: «запаска» и «попереднца», при праздничном костюме на зад одевают плахту, а перед покрывают запаской[321]; это же вошло в употребление и в некоторых частях Великороссии, напр., в Орловской губ., — сзади навешивали «паневу», а спереди — «запаску»[322]. Запаски известны также и в Польше.

На верхнюю часть тела одевали меховые или шерстяные сук-ни и кабаты, которые иногда были так длинны, что покрывали и ноги.

В языческий период эти кабаты и кафтаны мало чем отличались от мужских; они шились из одного и того же материала, имели одинаковые украшения и различались только по качеству, в зависимости от степени достатка людей, их носивших.

То же самое можно сказать и о поясах; впоследствии они стали отличаться формою и тем, что их старались приспособить к женской фигуре.

В X–XI вв. широкие рукава стали обычными для верхнего женского платья; это была общая мода для всей Европы, занесенная на запад с юга.

Такого покроя верхнюю одежду надевали на исподнее платье с узкими рукавами, что можно проследить по миниатюрам того времени[323].

Такая же общеевропейская мода, постепенно распространившаяся с юга на север, была и на златотканую далматику, украшенную широкими коймами; она стала характерным парадным одеянием и неоднократно воспроизводится в миниатюрах X–XI вв.

Однако были случаи, когда некоторые части славянской женской одежды переходили на запад; так, напр., французский поэт XIII в. отмечает, как красит женщин сукня: «Il n’est vesteure si belle corn sousquanie a demoiselle»[324].

В памятниках XIII столетия еще упоминается какая-то женская одежда под названием — «godeže» (gôdehsen[325]).

Плащ и риза не были обычной женской одеждой, в особенности среди низшего класса. Женщина, работающая целый день, не могла затруднять движение рук плащом. Поэтому плащи, накинутые на плечи женщин, относятся к праздничному княжескому убору, напр., Ирина в «Кодексе Гертруды», жена кн. Ярослава на фреске Киево-Софийского собора, Ольга на миниатюре рукописи Иоанна Куропалата, св. Варвара на фреске Спасо-Нередицкой церкви в Новгороде[326].

Равным образом и Косьма, приписывая Любуше слова «meum accipite thalarium et clamidum», которыми она напутствовала послов к Перемыслу, имел в виду праздничный княжеский убор своего времени[327]. Кроме того, следует отметить, что, судя по памятниками, плащи на женщинах скреплялись на груди, а не на плече, что, как известно, тоже было признаком праздничного одеяния.

Одним из видов верхней одежды была и понява[328], сохранившаяся и до настоящего времени, но в некоторых местах этому термину придано иное значение. Как она, так и ее название — древнего происхождения и встречается в памятниках с XI в. Обычно она служила для передачи όθόνιον, linteum, sindo[329].

XV. ОБУВЬ

Термин «обувь» — общеславянский, происходящий от обути (болг. обуя, обуща, русск. обувь, обуща, обушта, серб, обуħ, чешек, obuv, польск. obuw). Можно предположить, что у славян одним из древнейших видов обуви были башмаки, состоящие из подошвы, края которой загнуты вверх и стянуты у подъема ноги лыком, шнурком или ремнем; ее можно сравнить с обувью, которая до настоящего времени удержалась на Карпатах и Балканах.

Вообще у народов сохранилось ее праславянское название курпы (малорус. — керпеч, сербск. — крпье, польск. — kierpce, чешек. — кrрě, кrрсе) или церк. слав. — опънъкъ (болг. — опинци, опинки, серб. хорв. — опанак, чешек. — opánek от opęti). Одновременно были в употреблении и лапти (общ. слав. lapty), плетеные из лыка.

Термин «черевики»[330] (др. слав. — červъjъ) упоминается уже в X в. Константином Порфирородным, как славянская обувь у сербских слуг[331]. Этимологически слово červъjъ указывает также и на кусок отрезанной кожи, но позже, вероятно, с XI в., оно уже обозначало низкую обувь, доходящую до щиколотки и подъема, изготовленную из кожи, или из ткани, и в редких случаях из дорогой парчи.