Быть жертвой больше не выгодно. Дополненное издание

Потом Ребенок будет надеяться, что я стану ему доброй мамой, а порой, напротив, будет видеть во мне злую, холодную, неприветливую мать; бесчувственную, неслышащую.

Эти девочки неизменно столкнутся с разочарованием в терапии, ибо скоро мечты о быстрых изменениях разобьются в пух и прах. Жизненные сценарии слишком сильны и глубоки, чтобы выветриться за пару месяцев и даже лет.

Они непременно переживут разочарование во мне, когда поймут, что я не идеальная мама, а просто человек – со своими слабостями и со своими границами. Они будут переживать свои кризисы, переживать отчаяние надежды, что в мире есть хоть один человек, который будет заботиться, как мама.

Процесс «выращивания» внутреннего принимающего Взрослого очень долгий, и до того придется пережить немало страданий и разочарования.

Для того чтобы это произошло, я буду постоянно проводить параллели с настоящими, живыми детьми.

Что нужно ребенку, чтобы он почувствовал поддержку, пережил сакральное ощущение: «То, что происходит со мной, – это естественно. Это нормально, а не стыдно или плохо. У меня есть помощь. Я не один. Я буду услышан; я любим, невзирая на свои ошибки»?

Нужно, чтобы ему об этом сказал значимый взрослый. Который терпим и снисходителен. Он понимает, что ребенок мал и нуждается в нем. Он не ждет от ребенка достижений, которые превышают его возможности. Он имеет ресурс поддерживать его в слабости и немощи. Этот взрослый чуток и внимателен к состоянию ребенка и замечает, когда что-то идет не так.

Вот такой взрослый нужен каждому в его внутреннем мире. Ведь до сих пор единоличным правителем там был Тиран. И именно с ним мы чаще всего себя ассоциируем, выступая против Ребенка, не считаясь с его нуждами.

Мы сами себе строгие, беспощадные родители-судьи, не чувствующие ни малейшего сострадания к своей израненной детской части. Из своей тиранической части мы требуем от себя и ждем, требуем и ждем. Под таким давлением внутренний Ребенок съеживается еще сильнее, чувствуя себя отчаянно плохим, недостойным жить на этой земле. Стало быть, первое, что мы пробуем делать по отношению к себе, – замечать…

«Что-то происходит со мной… Я пока толком не понимаю что, но что-то не так… Как-то больно отозвались чужие слова, стало обидно… почувствовал свое ничтожество, отвергнутость… стало страшно».

Мы учимся замечать свои «попадания» в травму, в прошлое, в какие-то прошедшие обстоятельства и состояния, которые по-прежнему вызывают тяжелые детские чувства. Внутренний Взрослый замечает. Он относится к состоянию Ребенка всерьез, не обесценивая, не рационализируя, не требуя приклеить улыбку.

«Что с тобой? Ты обиделся? Тебе причинили боль? Ты испугался? Чего? Кого?» Мы учимся понимать себя.

Взрослый встает между Ребенком и Тираном, и расстановка сил меняется. Мы говорим себе: «Я чувствую… Это естественно. Я не могу чувствовать иначе». Потому что обидно, когда подвели или обманули. И если тебя так много обманывали, то обижаться сейчас – это нормально. Как может быть иначе? Нормально сопротивляться, когда тебя хотят в миллионный раз изнасиловать.

Естественно бояться, если ты не знаешь, что такое защита взрослого… И это естественно – бояться терять, если ты ни разу не был поддержан в своей потере. Естественно хотеть быть любимым, естественно чувствовать уязвимость, в каких бы обстоятельствах это ни происходило.

Я принимаю то, что мои чувства естественны и имеют очень весомые причины. Нехватки, недостачи. Теперь я знаю, в чем я уязвим, и буду стараться замечать такие моменты прежде, чем когда увязну в них по уши. Я буду освобождать себя от стыда, потому что раньше мне было стыдно за свои чувства, за свои ошибки, за свою уязвимость.

Сейчас я осознаю, что ничего стыдного в этом нет. Мое состояние имеет причину.

Мои новые девочки уже встали на этот путь. Путь к себе.

<p>Можно я побуду пупом земли?</p>

У травматика внутри стоят характерные фильтры: все теплое и принимающее он отбрасывает, а все критическое, обесценивающее принимает, хотя и ранится при этом.

Это поразительное явление существует, потому что: