Чечня Червленая

Ночь. Сидельников идет. Стрельба, канонада. Он задевает ногой осветилку, над ним начинают взлетать ракеты. Сидельников падает. С блокпоста на осветилку начинает работать зэушка — в лес врывается ураган металла, снаряды рвутся вокруг, Сидельников ползет за дерево. Вслед за зэушкой начинает работать миномет, несколько мин падают недалеко от него, он вжимается в землю и начинает кричать: «Не стреляйте, не стреляйте, я свой, свой я, свой, русский, не стреляйте!»

Ранее утро, только рассвело. Блокпост. Из кустов выходит человек и идет к блокпосту с поднятыми руками, он что-то кричит и машет руками. Снайпер за блоком приказывает ему стоять.

Снайпер: — Стой! Назад!

Человек не останавливается. Это Сидельников.

Снайпер стреляет, пуля выбивает пыль перед Сидельниковым.

Сидельников: — Я свой! Я свой! Я свой!

Он падает на колени и ползет к блокпосту, протянув к нему руки. Видит, как снайпер снова целится.

Сидельников: — Не надо! Я свой! Свой я, свой!

Ему навстречу выбегают солдаты. Сидельников ползет к ним, прижимая руки к груди.

— Я свой, я свой! — Выкрикивает он и плачет.

— Я свой! Я свой! — кричит он и никак не может остановиться и протягивает к ним руки.

ЗТМ

Сидельников на кухне своего полка. В передвижках повара моют котлы. Пахнет жиром и горелым горохом. До тошноты жарко. Сухая степь, пыль, солнце. Хочется пить.

Сидельников приподнимает полог столовой, заходит внутрь. В столовой бухают. За столом сидят контрактники, офицеры, много водки, жратва. Среди прочих танкист Арзуманян. На Сидельникова сначала не обращают внимания. Потом Арзуманян его спрашивает: — Тебе чего?

Сидельников: — Я за хлебом.

Серега: — За хлебом? Ты ж связист вроде, да?

Сидельников: — Да.

Серега: — Воду у меня воруете? Слышь, связной, пленного чеха видел?

Сидельников отрицательно качает головой.

Серега: — Хочешь посмотреть?

Сидельников: — Нет.

Серега: — Да, ладно. Эй, чех, иди сюда! Слышь, полупидор, иди сюда, кому говорю!

В столовую входит смуглый повар с абсолютно лысой головой.

Серега: — Вот, смотри, это чех. Ты чех?

Повар: — Так точно.

Серега: — Чех, сука. Наших убивал? Убивал, убивал, сука. Хочешь его пристрелить?

Сидельников ничего не отвечает, молчит. Повар тоже молчит, глядя в землю.

Серега, протягивая бутылку: — А че? На, дай ему по башке.

Сидельников стоит.

Серега: — Ладно, иди отсюда.

Повар уходит.

Серега: — Сколько вас?

Сидельников: — Двадцать.

Серега: — Ни фига себе. Сколько связистов в полку развелось. Пора вас в рабство продавать. Иди на ПХД, пускай тебе пятнадцать буханок дадут, скажи я приказал.

Шестая серия

ТИТРЫ: «Грозный»

Четыре бэтэра на большой скорости едут по улицам разрушенного Грозного. На улицах лежат трупы, бэтэры проносятся мимо, иногда наезжают на тела. На броне — Сидельников с рацией, на втором бэтэре — Зюзик и Осипов.

Колонна приезжает в аэропорт Северный. Аэропорт обстреливают. В окопах охранения идет стрельба, иногда на взлетку падают мины.

Майор: — Всем с брони! Давай машины за угол, сожгут!

Солдаты спрыгивают, бегут к зданию дирекции. Там у окон отстреливается пехота, в подъезде жгут костер, что-то варят в котелках, в коридоре на полу лежат раненные, один стонет. Рядом сними — накрытые плащ-палатками убитые. Вдоль стен сидят новобранцы. Сидельников подходит к костру, прикуривает у пехоты.

Приходит шустрый солдат.

Шустрый: — Товарищ лейтенант, я засек его.

Ротный: — Где?

Шустрый: — В девятиэтажке. На третьем этаже, второе окно справа.

Ротный: — Пошли, покажешь танкистам.

Они выбегают.

Сидельников: — Снайпер?

Солдат у костра: — Угу. Замучал, сука. Четверых уже положил.

Он кивает на трупы.

Молодые у стен смотрят на все офигевшими глазами, при каждом разрыве вздрагивают.

Майор заходит в комнату — это штаб. Над картами склонились несколько офицеров.

Майор: — Начальник штаба четыреста двадцать девятого мотострелкового полка прибыл!

Полковник: — Здорово.

Они пожимают друг другу руки.

Майор: — Это что ли, мои?

Полковник: — Забирай скорее, вишь, чё у нас тут творится, того и гляди нохчи аэропорт возьмут. Семьдесят человек, сегодня только из учебки прибыли. Бакланы желторотые, даже падать без команды не умеют. Четверых снайпер уже завалил, сучара. А они стоят и смотрят, как их убивают.

Майор: — Ясно. Понагнали пацанов на войну, суки.

Полковник: — А… Выпьешь?

Майор: — Давай.

Полковник достает флягу: — Ну, за победу.

Майор: — За победу.

Танк выезжает из-за угла, подходит к дому напротив, засовывает ствол во второе окно справа на первом этаже и два раза стреляет. Второй и третий этажи осыпаются.

Улица. Съемки из окна. В квартире чечены. Бэтэры с молодыми едут по улице. Чечены начинают стрелять по ним. Изо всех окон начинают стрелять. С первого бэтэра падает солдат — он еще живой, и летит под колеса идущей следом машине. Огонь очень плотный, стреляет каждое окно. Солдаты лежат на броне и отстреливаются.