Человек, который не спал по ночам

Дождавшись, когда Зак свернет за угол, я направился к двери домика Мерили, на ходу нащупывая в кармане ключ. Когда я вставил его в замок, изнутри донеслось тихое подвывание. Стоило мне открыть дверь и затворить ее за собой, подвывание сделалось громче. Тряся ушами и виляя хвостом, навстречу мне через гостиную ковыляла Лулу.

— Ясненько, — холодно произнес я. — Теперь, значит, ты рада меня видеть.

Впрочем ее радость не шла ни в какое сравнение с моей. Я подхватил Лулу на руки и прижал к себе. Она облизала мой нос и попыталась забраться под пальто. Я принялся ее гладить и осыпать ласковыми прозвищами, которые не собираюсь сейчас повторять. Затем я попытался поставить ее на пол, но Лулу воспротивилась. Пришлось провести осмотр дома вместе.

Приятного в этом было мало. В спальне лежала его одежда. В ванной — его зубная щетка, парфюм и прочие туалетные принадлежности. Одеколон «Айс Блю Аква Велва»… Фу! Не удивительно, что Лулу так рада меня видеть. На кухне в раковине лежали тарелки, из которых они ели, бокалы, из которых пили. Я очень надеялся, что наткнусь на нечто, что поможет понять, как прошла их встреча и на что мне рассчитывать. Будь на моем месте настоящий детектив, возможно, он прочел бы эти улики, как открытую книгу. Ну а мне эта задача была явно не по силам. Я опустил Лулу на лежанку. Она стала протестовать и замолчала, только когда я поднял ее вместе с лежанкой и направился к двери. Открыв ее, я обнаружил перед собой настоящего детектива.

— Добрый вечер, Хоги, — поздоровался Фарли Рут. На нем были черный нейлоновый плащ и потертая кожаная шляпа. Детектив нервно крутил на пальце ключ.

— Добрый вечер, инспектор, — поприветствовал его я. — Мерили нет дома. У нее спектакль.

— Вообще-то, если позволите, мне бы хотелось поговорить с вами. И на самом деле я вовсе не…

— Разумеется, — кивнул я, приглашая его в дом. — Я вот собаку решил похитить, а тут вы… Кстати, как вы узнали, что я…

— Я за вами следил.

— Что, от самого поместья?

— Нет, мы работали в команде, слежку передавали по цепочке. Я перехватил вас недалеко отсюда.

Я даже не заметил хвоста. Журналист из бульварной газетенки был явным дилетантом. Чего нельзя сказать о Руте и его коллегах.

Я поставил лежанку с Лулу возле камина. Страдалица в смятении фыркнула, не понимая, что происходит. Мы же вроде собирались уходить?

— И зачем вы за мной следили? — поинтересовался я у Рута.

— Мне нравится знать, где кто находится. Считайте это моим фетишем. Надеюсь, вы не возражаете?

— Учитывая, какие на свете бывают фетиши, ваш достаточно безобиден, — заверил я полицейского. — Прошу вас, присаживайтесь.

Сняв шляпу и плащ, Рут опустился в кресло. Под плащом обнаружились клетчатые брюки и пиджак такой же расцветки. Смотрелся этот наряд не менее ужасно, чем зеленый костюм.

— Что у вас со щекой? — спросил Рут.

— Со щекой? Это у меня еще с детства. — Я аккуратно дотронулся до покрасневшего лица. — Ничего страшного, попал под горячую руку. Виски?

— С удовольствием. Я немного продрог.

Я налил два бокала лафройга и протянул один из них полицейскому. Рут с такой силой вцепился в бокал, что я испугался, что он его раздавит. Вздохнув, я опустился на стул напротив детектива.

— Хотелось бы знать — вы получили опись вещей? — спросил он и хлебнул виски, дернув огромным кадыком.

— Получил.

— И?

— Большое вам спасибо.

Я глотнул лафройга. Нет, все же с дымными нотками явный перебор.

Рут нахмурился и прикусил нижнюю губу выступающими передними зубами, в очередной раз напомнив озадаченного суслика.

— Вы же обещали делиться информацией.

— Обещал.

Рут терпеливо принялся ждать. Когда молчание затянулось, он прищурился и холодно посмотрел на меня.

— К вашему сведению, в деле о стрельбе на Сэвил-роу есть кое-какие подвижки. Пуля-жакан. Двадцатого калибра. Автобус проходил техосмотр, и механик обратил внимание на то, что в топливном фильтре что-то гремит. В автобусе обнаружилось пулевое отверстие. Мы проверили маршрут. В тот момент, когда в вас стреляли, он вполне мог находиться в непосредственной близости от Сэвил-роу. Естественно, у нас нет абсолютной уверенности в том, что это именно одна из тех пуль, которые выпустили в вас, но…

— Мы можем предположить, что так оно и есть.

— Да.

Я почесал ухо:

— Если мне не изменяет память, пули-жаканы используются главным образом для охоты на крупную дичь.

— Совершенно верно. Их применяют во избежание несчастных случаев. Обычная ружейная пуля, выпущенная на открытой местности, может пролететь километра полтора, представляя собой опасность для других охотников. А при стрельбе жаканом дальность куда меньше: метров двести — двести пятьдесят.

— Получилось установить, из какого именно ружья стреляли?

— Это невозможно. Пуля расплющилась.

— Плохо.

Ну что ж, даже несмотря на скудность полученных сведений, теперь у меня имелась пища для размышлений. Из подозреваемых можно было вычеркнуть Дерека — любителя старинных мушкетов. Впрочем, это не означало, что он не мог убить Паппи или Тьюлип. Но на Сэвил-роу в меня стрелял явно не он.

Рут отхлебнул скотч:

— Боже, какой изумительный виски.