Человек, похожий на генерального прокурора, или Любви все возрасты покорны

Вокруг нового мэра крутились люди из группы «Мост». Предприниматель постоянно до февраля 1996 года (тогда, на экономическом форуме в Давосе, решил подружиться с ) рассказывал умопомрачительные вещи про руководителя группы… … после всех этих «охотничьих» рассказов искренне считал, что страшнее зверя, чем Гусь (так называл ), в природе быть не может. Поэтому дружеские отношения с настораживали шефа.

Другая причина была банальной. пугало влияние Лена Лужковой на супруга и его окружение. Ещё никто не забыл кипучей деятельности Раисы Максимовны в Кремле, и никто не желал повторения печального опыта…

тоже не принял предложения стать преемником. Зная хитрющий характер шефа, и премьер, и мэр Москвы допускали, что просто испытывал их преданность. Поэтому отказывались резко, энергично, но только на словах.

Третьим кандидатом в преемники стал. Он прекрасно зарекомендовал себя в работе, в личном общении…

Помимо трех основных кандидатов в преемники возникла кандидатура ещё одного, дополнительного. Идея передать полномочия родилась после поездки в Нижний Новгород. Шефу очень понравился молодой нижегородский губернатор».[286]

Серьёзное ухудшение здоровья, связанное частично с выборными хлопотами в середине 1996 года поставила этот вопрос на повестку дня с новой силой. Тут и стал проявлять популизм другой Бори с. Речь о Немцове.

Одной из публичных рекламных компаний «дофина» была попытка пересадить чиновников (нет, не в тюрьму а) на отечественные автомобили. Немцов с шумом провёл компанию по замене иностранных машин, обслуживающих чиновный люд новой России, на отечественные, как якобы важный элемент поддержки отечественного товаропроизводителя и гордости за отечественные товары.

Правда, после шума все вернулась на свои места, и отечественные автомобили снова исчезли из государственных гаражей. «Смешно и глупо, — писал, — когда мы триста лет спустя … давно утраченную бороду пытаемся вновь отрастить. Я имею в виду потуги нынешнего правительства по защите отечественного товаропроизводителя.

Во что, в конце концов, вылилась идея пересадить всю демократическую номенклатуру с иномарок на отечественные «Волги»? Вылилась в большую лужу, в которую авторы идеи и сели».

«Пронёсшийся шквал саркастических, язвительных уколов в адрес Немцова привёл к тому, что операция по пересадке чиновников на „Волги“ захлебнулась и осталась в истории нашего головотяпства».[287]

Тем не менее, с весны 1997 года всерьёз думал о возможности передать пост президента, ставшем вице-премьером. Многие газеты писали тогда о как о «дофине» или наследнике. Однако неудачи привели к разочарованию в нем как публике, так и.[288]

Тем временем вопрос о наследнике стал ещё более актуальным. 9 октября 1997 года в Страсбурге публично отрёкся от выдвижения на третий президентский срок. В оппозиционной прессе констатировали: «Это заявление резко отличается от предыдущих, намеренно двусмысленных деклараций. Некоторые наблюдатели полагают, что изменение позиции связано с некой аналитической запиской, будто бы прогнозирующей отрицательный вердикт Конституционного суда на запрос о возможности выдвижения на третий срок. Впрочем, президент не раз доказывал, что не собирается всерьёз считаться ни с законами, ни с их толкователями. Скорее всего,, намеревавшегося президентствовать и в будущем, образумили западные „друзья“. Вряд ли случайным был выбор страсбургской трибуны для столь обязывающего заявления. Перед лицом „объединённой Европы“ вынужден был произнести покаяние, не хочу, не буду».[289]

Между тем неуправляемые и желающие сменить Ельцина уже были. В первую очередь это лидеры коммунистов, которым по идеологии в случае победы нужно принести кого-то из прежних правителей на алтарь народного гнева. Но кроме коммунистов были и другие, которым также не особенно собирались быть управляемыми.

«Многие в 1997 году уже почувствовали, что выдвижение началось. Вряд ли такая конкуренция обрадовала сторонников, или А. Лебедя. Можно было надеяться, что удастся отговорить, призвав на „помощь“ президента, но он был болен, или или. Публичные атаки со стороны были бы только полезны, но не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы предположить — руководитель президентской администрации все же предпочтёт скрытые противодействия, используя свои возможности на Западе в деловых кругах и СМИ».[290]

Мэр Москвы, тем временем, менял свои высказывания. 6 декабря 1997 года вновь подтвердил, что не намерен выдвигать свою кандидатуру на президентских выборах в 2000 году. Комментируя недавнее заявление бывшего секретаря СБ А. Лебедя о том, что он готов к союзу с, мэр подчеркнул, что не пойдёт на выборы ни в альянсе с генералом Лебедем, ни в каком-либо другом альянсе. Это заявление московский мэр сделал на съезде российского движения «За новый социализм». Но этот кандидат не удовлетворял первого российского президента. такой «преемник» нужен не был.