Черепашки-ниндзя против Злобного Крага

Проблески огня на крыльях Дарлога угасли, но ятаган налился багровым цве­том. Он шагнул вперед, и черные крылья, неожиданно выросшие до гигантских раз­меров, завесой тьмы нависли над отваж­ным Микеланджело. Размахнувшись, Дарлог ударил мечом, но Микеланджело успел отпрыгнуть назад.

И едва лезвие огненного меча коснулось порошка, рассыпанного Микеланджело на мосту, как все вокруг осветила синеватая вспышка. Раздался звон, и багровый ята­ган распался на тысячу тусклых осколков. Мост начал рушиться в пропасть.

Дарлог с хриплым воем провалился в огненную реку, которая некогда и породила это чудовище. Микеланджело в несколько огромных прыжков успел добежать до кон­ца моста. И когда последний обломок мос­та полетел вниз, ниндзя оттолкнулся от не­го, пролетел в воздухе и ухватился руками за край берега, выронив и факел и меч.

Грегори протянул ему руку и, под ругань раздосадованных гнорров, помог спутнику выбраться наверх.

—                  Что это было? — восхищенно спросил он Микеланджело.

—                  Порох, — ответил Микеланджело. — Его изобрели китайцы. Когда я отправлял­ся в это путешествие, то решил захватить немного этого ценного порошка. При со­прикосновении с огнем он производит взрыв.

—                  Я и представить себе не мог таких чу­дес, — пробормотал Грегори.

—                  Через каких-то пять столетий порох станет известен во всей Европе, — автори­тетным тоном заявил Рафаэль. — Его рас­пространение сильно повлияет на ход все­мирной истории.

—                  Значительно больше на ход всемирной истории повлияет открытие Колумбом Америки, — заспорил с другом Донателло.

Вокруг них просвистело две стрелы, пу­щенные озлобленными гноррами. Не задер­живаясь, путники отправились по дороге, ведущей от моста, к столице царства глуммов. Она вывела их в гулкий коридор.

Глухой, постепенно замирающий рокот едва заметно сотрясал пол. Когда они ото­шли от границы на милю, глубины недр в последний раз чуть слышно вздохнули, и, наконец, воцарилась тишина.

Спустя час ходьбы, дорогу путникам преградил сторожевой дозор глуммов. Об­лаченные в латы воины обступили их, на­правив на черепашек-ниндзя и Грегори арбалеты.

—                  Мы пришли к вам с миром, — привет­ственно поднял руку киммериец. — Как видите, я не вооружен. Свой меч я потерял, когда Дарлог полетел в огненную реку.

—                  Дарлог повержен? — изумленно пере­глянулись глуммы, которые от радости не могли поверить такому невероятному изве­стию.

У меня с ним возникли кое-какие не­разрешимые разногласия, — скромно по­хвалился Микеланджело. — В результате, мне пришлось пожертвовать мечом и поро­хом, а ему — жизнью. Гнорры были край­не раздосадованы, лишившись такого союз­ника.

—                  Без Дарлога эти негодяи недолго продержатся в подземелье, — ликующе заметил один из глуммов. — Но как вы умудрились пройти мимо глубинных стражей у восточных ворот? Как смогли пробиться через засаду гнорров?

—                  Перед настоящей любовью и верной дружбой ничто не может устоять, — отве­тил умбрийский принц. - Нет таких пре­град, какие они не сумели бы преодолеть.

—                  С какой целью вы прибыли в наше царство? — спросил путников другой стражник.

—                  Мы хотим видеть вашего короля, — ответил Грегори. — Он силой удерживает то, что не принадлежит ему по праву.

Стражники недовольно переглянулись, возмущенные этими непочтительными сло­вами в адрес своего короля.

—                  Следуйте за нами, — сказали глуммы путникам.

Спустя два часа пути Грегори и черепаш­ки-ниндзя в сопровождении стражников прибыли в столицу глуммов, улицы кото­рой были ярко освещены множеством факелов. Необычайный вид черепашек-ниндзя вызывал среди глуммов удивленное оживление. Их проводили во дворец, где в тронном зале они увидели царственно спо­койного глумма с золотым скипетром, в ко­ролевской короне и пурпурной мантии.

Умбрийский принц узнал в нем того са­мого глумма, который освободил его из стеклянной тюрьмы злых фей, и восклик­нул:

—                  Мой избавитель! Кто же вы такой? Не­ужели вы из тех, кто отнял у меня мою лю­бимую Клер?

—                  Я король Лек, — ответил глумм. — Я держал Клер у себя в надежде, что сумею добиться ее благосклонности. Вы сумели войти в наше подземелье со стороны ворот, которые мы называем Ворота Смерти. Вы совершили то, чего не мог добиться никто из глуммов — уничтожили Дарлога.

—                  И очень своевременно, ваше величество, — почтительно встрял в беседу Мике­ланджело. — У меня сложилось впечатле­ние, что Дарлог был повержен накануне похода, который собирался осуществить во главе гнорров против вашего королевства. Сумели бы вы устоять против этого нашест­вия?

Вряд ли, — покачал головой Лек. — Дарлог — это порождение огня и тьмы. Он казался нам неуязвимым.