Черепашки-ниндзя против Злобного Крага

Подойдя ко второй двери, Микеланджело глянул в черный проем.

—                  За ней лестница, ведущая вниз, — за­думчиво проговорил он. — Неизвестно, ку­да мы попадем, если двинемся по ней. Но другого выхода нет. Сначала остановим врагов, а потом уйдем по ней.

Шаги в коридоре смолкли. На камен­ную дверь обрушился снаружи сокруши­тельный удар. Дверь выдержала, но мелко затряслась, и от следующего удара немного приоткрылась — клинья, отъез­жая назад, прочертили в полу глубокие борозды.

На дверь обрушился третий удар, и в щель просунулась огромная рука самого рослого гнорра, покрытая зеленовато-чер­ной чешуей. Потом путники увидели ги­гантскую черно-зеленую, плоскую и беспа­лую ступню. Дверь медленно, но неуклонно открывалась.

Умбрийский принц рванулся вперед и со всего размаха вонзил меч в чешуйчатую ступню. Путников оглушил пронзительный вой, и громадная ступня исчезла за дверью — Грегори едва удержал меч. Стекая с клин­ка, на пол шмякнулось несколько черных капель. Микеланджело снова захлопнул дверь. Леонардо и Рафаэль вновь вогнал в щель выскочившие клинья и заколотили их дубовой доской.

—                  У тебя превосходный клинок, мой друг! — похвалил Донателло принца.

Грегори собрался ответить, как вдруг дверь уже снова сотрясалась от ударов. Окажись она деревянной, ее давно разнес­ли бы в щепки — у нападающих были па­лицы и молоты. Внезапно она опять приот­крылась. Воздух разрезали свистящие стрелы. Однако, дверь была открыта не полностью, и стрелы, ударяясь о стену, с еле слышным шорохом валились на пол. Совсем близко протрубил рог.

В комнату начали протискиваться гнорры. Щель была узкой — дверь заклинило — и враги пролезали внутрь поодиночке, где падали сраженные мечами друзей. Не ожи­давшие такого отпора, гнорры скопились на одном месте, мешая друг другу. Путни­ки без устали крушили их.

Меч Грегори сломался о кольчугу одно­го из воинов. Отбросив обломок в сторону, умбрийский принц нагнулся и подобрал из груды железного хлама новый меч. по­крытый густым слоем пыли. От других мечей этот отличался белой рукояткой и отсутствием ржавчины на светлом лез­вии.

Юноша не знал, что именно этого меча панически боялся Краг. Но почему-то в нем поселилась уверенность, что это ору­жие принесет ему удачу.

Враги, дрогнув, попятились к двери и с визгливыми воплями убрались в коридор. Они ранили — к счастью, легко — лишь Леонардо. Он сумел вовремя отскочить, и ятаган гнорра оцарапал ему плечо. Зато гнорр не успел приготовиться к защите, и киммериец, сделав глубокий выпад, протк­нул его насквозь мечом. В карих, сузив­шихся глазах Леонардо полыхал суровый бойцовский огонь.

—                  А теперь — отступаем, — распорядил­ся Микеланджело.

Однако, они не успели отступить. В ком­нату протиснулся предводитель врагов — огромный гнорр, превосходивший ростом даже самых высоких соплеменников. Ос­тальные гнорры толпились у двери, но вхо­дить в комнату явно не спешили.

Предводитель бросился на Грегори и, за­крывшись щитом и умело нырнув под меч Микеланджело, со страшной силой метнул копье, которое едва не пригвоздило принца к стене. Но Грегори успел повернуться, и копье вошло ему не прямо в грудь, а со­скользнуло по кольчуге вбок.

Гнорр выхватил черный ятаган, чтобы прикончить принца, но в это мгновение меч Микеланджело, сверкнув, обрушился на шлем врага, и тот упал с разрубленной головой.

—                  Спасибо, — еле проговорил Грегори.

—                  Не за что, — отмахнулся киммери­ец. — Кажется, гнорры охотятся именно за тобой. Возможно, они действуют в сговоре с Крагом.

Внезапно гнорры в ужасе метнулись прочь от двери. И путники поняли, что по коридору движется кто-то такой, кого гнорры сами панически боятся.

—                  К выходу! — закричал Микеланджело.

Едва путники забежали на лестницу, как каменная дверь разлетелась вдребезги, и в комнату вклубилось раскаленное и темное, как дым над горном, косматое облако. Гре­гори и черепашек-ниндзя швырнуло впе­ред, а стены комнаты с грохотом рухнули.

Глава 7

Боевой клич гнорров гремел вдали. Но теперь громыхание казалось приглушен­ным и доносилось не снизу, а как бы кати­лось вслед за беглецами. Никаких иных признаков преследования — торопливого топота, громких воплей или резких команд — путники не слышали.

Они спускались по лестнице не меньше часа. Темнота, освещаемая факелом, кото­рый Микеланджело так и не выпустил из рук, казалась беспросветной. Но с каждым шагом крепла надежда, что им удалось уй­ти от погони.

Вскоре лестница закончилась, и они по­шли по коридору. Неожиданно умбрий­ский принц с тревогой спросил:

—                  Вы видите свет? Там, впереди? По-мо­ему, это отблески пожара...

—                  Нам некуда сворачивать, придется ид­ти, — не останавливаясь, шагал вперед Микеланджело.

—                  А как не хочется! — посетовал Дона­телло.