Черная полоса "СПАРТАКА"

Егора Титова на этом вечере не помню. К тому моменту мы были едва знакомы. Познакомились в офисе, он тоже узнал меня, поскольку регулярно смотрел футбольный канал «НТВ-Плюс». «Значит, теперь вместе петь будем?» — то ли спросил, то ли предложил Егор. Спеться нам еще предстояло, а пока притирались. Как-то раз Егор, видимо, счел нужным показать, «чьи в лесу шишки», и вступился за своего личного пиар-менеджера: «Владимир, я в этой команде 12 лет, имею право…» На что я ответил: «А я на этом свете на 12 лет больше. И должность обязывает…» Это был тот самый телефонный разговор, который остался в памяти Титова, как якобы «ссора между нами». А ссоры не было, просто уточнили позиции. С тех пор не то чтобы дружим, но приятельствуем. У меня к Егору никакой корысти, поэтому буду откровенен. Он на редкость реактивен, сметлив, обладает хорошим чувством юмора, но главное — настоящая звезда футбола. От пианиста Дениса Мацуева, к примеру, мощно веет фортепианной музыкой, от певца Александра Градского — неповторимым вокалом, от Егора Титова — классным футболом. Поет он, конечно, в шутку, но в футболе — Мастер! С ним и на поле спокойнее, и в быту не соскучишься. Ума не приложу, как можно такими игроками разбрасываться! Он же не Квинси со Штранцлем, которые, похоже, тренируют по утрам перед зеркалом гримасу отвращения ко всему российскому.

Однажды на сборах в Турции, когда главным тренером был еще Федотов, а Черчесов занимался собой в тренажерном зале и бассейне, мы прочли интервью тренера по физической подготовке австрийца Тони Берецки, в котором он покритиковал «Спартак». По его мнению, мы плохо тренировались и так далее. За обедом Григорьич попросил: «Вова, ты говоришь на языках? Вот и пойди, объясни Тони от нашего имени, что он не прав». Я пригласил его в бар. И только подобрал нужные слова, едва успел объяснить, что в русских футбольных клубах тоже есть корпоративный дух, что от недостатка взаимопонимания на ровном месте возникают никому не нужные конфликты, что он — едва ли не единственный, кто имеет влияние на Штранцля с Квинси, как вдруг… напротив нас выросли двое этих упомянутых. Говорят же: «Вспомни — и явятся». «Могу я почитать это интервью?» — храбро поинтересовался Мартин. «Подожди, — отвечаю, — вот закончим разговор». И тут они синхронно с Квинси такую мину на лице изобразили. Головы у обоих слегка качнулись вперед, как у чихающего кота, губы чуть надулись и тут же раздвинулись для того, чтобы выпустить струйку презрительного или просто скептического (в темноте не разглядел) воздуха: «пфы-ы-ы…» А еще глаза к потолку закатили, чтобы я уж наверняка понял, как им это не понравилось. И в таком виде Штранцль решил повторить свою просьбу. Я также еще раз, теперь потверже, повторил, что у меня с собой этой распечатки нет, и отвернулся к Тони. Тони к этому моменту уже сформулировал дебютную защиту. Сказал, что понял, к чему я клоню, и что не хочет это обсуждать. Тут же встал и вышел. А мне эти «пфы-ы-ы» потом всю ночь снились.

Тони Берецки в «Спартаке» начал хорошо. Даже язык учил с австрийским усердием. К моменту увольнения, между прочим, уже весьма сносно разговаривал. Он жил на базе в Тарасовке, вел аскетический образ жизни, много бегал, качался. Однажды — настолько, что вены на икрах ужасно вздулись. Знаете, как бывает? Смотреть неприятно, но глаз оторвать не можешь. Уже слезы наворачиваются от внутреннего сопереживания человеку, а ты все равно искоса поглядываешь на этот букетик посиневших гороховых стручков, вздувшихся под кожей парня, который на пять лет моложе меня. Из-за них его ноги были похожи на средство передвижения 80-летней старушки. Смотришь — и думаешь: не дай бог. Варикоз — это ужас.

Пришлось Антону ехать в родную Австрию. Операция по замене взбесившихся сосудов прошла успешно. Но одна мысль после этого уже не отпускала. Как же он — профессионал — так мог себя загнать?

Что ждет наших ребят после более тесного знакомства с его горнолыжной методикой?

Пока сборами командовал Федотов, Тони приходилось невесело. Недолюбливали его русские коллеги, в чем-то постоянно подозревая. И уж когда выходили подобные вышеописанному интервью, подозрения сбывались, круг замыкался и желание дружить пропадало само собой.

Тони, кстати, еще и «стуканул» Шавло про нашу беседу.

О каком полноценном сообществе можно говорить, если разговора не получается? Если члены одной команды ждут друг от друга подвоха?