Черная смерть. История самой разрушительной чумы Средневековья

Возможно, чувствуя уязвимость города, осенью 1347 года генуэзцы проявили необычайную бдительность. Согласно средневековым свидетельствам, чума пришла в Геную 31 декабря 1347 года, но реконструкция событий той осени позволяет предположить, что Y. pestis впервые пришла в город за восемь-десять недель до этого[277]. По этой версии событий однажды утром в конце октября три или четыре галеры, вероятно, часть изгнанной из Мессины эскадрильи, появляются в гавани Генуи и быстро изгоняются оттуда. И пока они курсируют «туда-сюда», одному заблудившемуся судну удается пробраться на север вдоль французского побережья Средиземного моря в Марсель и заразить ничего не подозревающий город. Затем, будучи изгнанным в третий раз (Мессина и Генуя – первые два), корабль-бродяга встречается с двумя своими «коллегами» и растворяется в истории как часть чумной эскадрильи, которую в последний раз видели плывущей «к Атлантике вдоль испанского побережья».

Однако столь быстрые действия властей в октябре принесли Генуе лишь немного дополнительного времени. В конце декабря в зимнем море у города появился второй зараженный флот. Неясно, откуда пришли эти суда, также генуэзского происхождения, – из Мессины, Константинополя, Крыма или откуда-то еще, – их визит, по-видимому, оказался смертоносным. Экипаж был «ужасно инфицирован», и, возможно, моряки очень хотели в последний раз взглянуть на свой родной город с его «изящным контуром стен» и «красивыми дворцами». И снова корабли были изгнаны «горящими стрелами и другими военными приспособлениями», но в этот раз все происходило слишком медленно. Во время этого второго визита, который может быть как раз эпизодом от 31 декабря, описанным в хрониках, чума проникла в город. После этого Генуя замолкает. Среди крупных итальянских городов в одной только Генуе не было ни одного летописца, описавшего бы те события. Единственная запись о жизни в городе зимой и весной 1348 года, о периоде Черной смерти, которая имеется в нашем распоряжении, – это заметка одного известного посетителя и несколько описаний отдельных примеров героизма и самопожертвования.

Одним из таких примеров была женщина по имени Симония, которая в конце февраля 1348 года ухаживала за своей подругой Аминигиной, доживавшей свои последние дни, мучительно умирая от чумы. Не обращая внимания на опасность для себя, Симония оставалась рядом с Аминигиной: меняла ее грязные ночные рубашки, держала ее за руку, когда она плакала, вытирала кровь, слюну и рвоту с ее губ. 23 февраля 1348 года умирающая Аминигина вручила Симонии небольшое денежное завещание. В этот же день в другой части Генуи, в своей конторе на одной из зимних улиц посреди охваченного чумой города нотариус по имени Антонио де Бенитио и его коллеги, Гвидотто де Брачелли и Доменико Тарриги, которые также остались в городе, оформляли завещания[278]. Все они явно не такие герои, как патриарх Орто или женщина по имени Симония. Но в период массовой смертности, когда огромные суммы денег и имущество внезапно лишались своих хозяев, нотариусы, оформлявшие завещания и другие юридические документы, играли важную роль в поддержании гражданского порядка. Без нотариальных записей не может осуществляться организованная передача имущества от мертвых к живым, и результатом отсутствия таких записей стали бы хаос и беспорядок.

Во время эпидемии Геную также ненадолго посетила самая печально известная женщина в христианском мире: своенравная, красивая королева Джованна Неаполитанская и Сицилийская. Джованна, этакая смесь Скарлетт О’Хары и Лиззи Борден, оказалась в затруднительном положении. Тремя годами ранее, одним сентябрьским вечером ее муж, восемнадцатилетний Андрей Венгерский, был обнаружен свисающим с балкона с петлей на шее в лучах неаполитанского лунного света. В заговоре с целью убийства подозревались королева и ее любовник Луиджи из Таратино, человек такой необычайной физической красоты, что современники назвали его «прекрасным как день». Визит королевы в охваченную смертью Геную был вызван ее разгневанными венгерскими родственниками, которые недавно вторглись в Италию, преследуя ее, Луиджи и всех, кто помог им убить восемнадцатилетнего Андрея. В марте 1348 года, когда нотариус де Брачелли сидел за своим столом, составляя завещания, а горы тел росли вдоль «изящного контура стен» Генуи, прекрасная Джованна, в лучших традициях героини любовного романа, садилась на быстрый корабль в порту. Вскоре самая красивая пара христианского мира воссоединится в Авиньоне, где неаполитанская королева примет участие в столь печально известном судебном процессе, который на какое-то время затмит даже чуму.