Черный плащ немецкого господина

— Ну, не знаю, стоит ли тебе садиться за руль после всего выпитого, — попытался отстоять он свой счастливый вечер.

— А я не пила, — сказала Майя, поднимаясь. — Ну, что, молодежь, счастливого Нового года! Мы уезжаем. Ведите себя хорошо.

— Ну, мам, ты даешь! — возмутился старший, оглядывая стол. — А как же фейерверк? Я там столько накупил…

— С этим вы справитесь и без нас.

— Вы, что, в самом деле, на чай не останетесь? — удивилась Катя с плохо скрываемой радостью.

— Веселитесь, — усмехнулась Майя. — Убрать только после себя не забудьте. С Новым годом!

Она, похоже, была настроена решительно. Организовав очередной праздник для других, она спешила вперед. А ему так хотелось остаться, побыть какое-то время среди молодежи, подурачиться, посмотреть фейерверки. Но если Майя звала… Он вздохнул. Сейчас он за ней куда угодно отправится. Вот только к себе вести ее не хотелось. Но пришлось.

До города доехали неожиданно быстро — дороги были чистыми и пустыми. Поземка улеглась. Светила яркая луна. И все нормальные люди сидели за столами, встречая Новый год.

Не раздеваясь, Майя прошлась по его холостяцкой квартире, заглядывая в каждую дверь.

— Вот, значит, как ты живешь.

Он повесил свой плащ на вешалку и обернулся.

— Вот так и живу. Скромно.

— А мне нравится, — неожиданно произнесла Майя, усаживаясь на диван. — Обстановка так напоминает старые времена.

— Да, я после смерти родителей ничего не менял, — подтвердил он. — Все руки не доходили.

— Оставь все, как есть. Ведь эта мебель из натурального дерева? Иногда мне так хочется вернуться в то время… ненадолго, правда. Тогда жили небогато, но была какая-то стабильность, какая-то надежность, покой… А сейчас в доме полно барахла, а ни покоя, ни радости.

— Тебе-то чего не хватает? — изумился он.

— Да нет, я не жалуюсь, — рассмеялась Майя. — Здоровье, пока, слава Богу, есть. И работаю не напрасно, есть кому оставить… кое-что. Участок, вот, купила в пригороде, строю детям дом. Один на двоих, но достаточно большой. Скоро внук… или внучка появится. В целом все хорошо, если не считать нервотрепки с товарами, да с некоторыми клиентами. Что ты смотришь? Думаешь, легко торговать?

— Да нет, я ничего такого не думаю. Торговать действительно трудно, — поспешил согласиться Павел.

— Иногда так хочется обо всем забыть и вернуться в детство, тогда каждая мелочь радовала, каждый день был праздником. Сейчас весь мир открыт, — если бы ты знал, где я только не была! — а неуютно, все время как на ветру стоишь. Прошлым летом летала на Барбадос. Кучу денег ухлопала, чтобы посмотреть, что это такое. Посмотрела. Бунгало, бассейны, много солнца и очень много бедных людей — отойдешь на сто метров от гостиничных комплексов и всех этих вилл, и видишь, что такое настоящая нищета. Везде одно и то же, только в разных пропорциях… — она вздохнула, тряхнула непослушной гривой. — Ладно, хватит о плохом. Доставай бокалы, выпьем за сказочное будущее.

Разноцветные блики бежали по стене, — новый магазин в доме напротив сиял, в честь праздника, неоновой елочкой. Он улыбнулся. Права была Майя, оставив домик в лесу молодежи. Пусть веселятся. А им куда лучше быть вдвоем. Приподнявшись на локте, он с нежностью смотрел на спящую Майю. С нею он готов провести всю оставшуюся жизнь.

И тут внезапно зазвонил телефон. Ах ты! Мысленно выматерившись, Павел выдернул шнур из розетки и, осторожно поднявшись, поспешил в прихожую, где тренькал параллельный аппарат. Кому вдруг взбрело на ум поздравить его с Новым годом? Он, конечно, подозревал, кто это может быть, но старался убедить себя, что это кто-то из далеких родственников. Или из соседей. Может быть, Неверский? Хотя вряд ли, он предупреждал, что дома его на праздники не будет. Друзей на работе он пока не завел. Только бы не Элеонора, только бы…

— Это я. Узнал?

Еще бы не узнать! Она. И конечно, хорошо навеселе. Ясное дело — праздник. Он нервно оглянулся.

— Вот, хочу поздравить с Новым годом, хотя ты, свин, этого и не заслуживаешь, поскольку…

— Я тебя тоже поздравляю, — перебил он. — Желаю всего самого хорошего!

— Хорошего? Он желает мне хорошего! — рассмеялась Элеонора. — Не захотел прийти, бросил меня одну, в такой праздник, среди толпы идиотов.

— А разве ты меня приглашала? — удивился он.

— Я послала тебе открытку! Ты же сказал, не звонить! Вот, я и послала открытку.

Открытку!

— Да я ящик никогда не открываю, мне же никто не пишет. И газет не носят… Да там, наверное, много народу и без меня, — попытался он мягко выкрутиться, не желая портить вечер ни себе, ни ей.

— Понятно. Все дело в этой драной кошке, — мстительным тоном констатировала Элеонора, не слушая его.

— Какая кошка?

— Та самая, которая уже не первый раз перебегает мне дорогу! Там она, там, рядом! Думаешь, откуда мне это известно? А оттуда, что она тоже не пришла, хотя я и ее приглашала! А к тебе пришла, поздравить тебя с Новым годом…

— Тебя тоже с Новым годом! — бодрым голосом произнес он, услышав шум в спальне. — Всех благ и до встречи в новом году! — И быстренько положил трубку.

Пора поставить телефон с определителем номера.