Четвертый континент. По главной улице с оркестром

– У нас говорят, что Бог послал, – понимая, что аудиенция окончилась, Александр поднялся с плетеного стула. – Приглашение принимаю. За мной бутылочка водки. Скажу по секрету, из загашника тутошних хлопцев «Вагнера».

– А я под ту водочку. – Туадера на манер завзятого выпивохи потер ладонью о ладонь. – Приготовлю … прелюбопытного собеседника. Персона противоречивая, но в вашем деле, думаю, окажется полезной.

Wolkswagen нервно вильнул к тротуарному бордюру и тут же встал, что вкопанный. Полковник, успев упереться обеими руками в панель, укоризненно посмотрел на капитана:

– Что-то вы, батенька, дерганный ноне? Часом не метеоризмом страдаем?

– Прощенья просим, – виновато поджал губы Виталий. – Тут на прошлой неделе по южным провинциям прокатились.

– И, – Кайда потянулся к дверной ручке.

– Дважды в засаду попали. Первый раз метров со ста шмальнули с РПК. А во второй раз, сученок, с гранатомета влупил. Благо напарник вовремя заметил. Пришлось ралли устроить. Обошлось, короче.

– Извини, дружище, не знал. – Александр распахнул дверь. – Значится так. Мы с Морозовым в посольство. Заберете минут через сорок.

– Ага, аккурат до базы смотаться успею. – Лях, подняв на макушку солнцезащитные очки, вытер лоб уголком косынки, что на бойскаутский манер была повязана на шеи. – Покедова. Бюрократам нижайший!

Обратную дорогу в Банги Мпоко они и не заметили. Дите мозговитых парней из Вольфсбурга катило по улицам столицы в стиле пай-мальчика. Процедура на КПП воздушной гавани повторилась с точностью до жеста. Вокруг знакомого «Четыреста четвертого» прогуливался русоволосый пилот, а в чахлой тени от крыльев спал Еремеев, употребив вместо подушки тактический рюкзак. Упитанный с виду.

Transporter, звучно отметив подвеской каждую трещину в асфальте взлетно-посадочной полосы, остановился метрах в сорока от самолета. Боковая дверь откатилась, чем немедленно воспользовался сухой, что стекловата, воздух. Наглец ввалился внутрь и тут же прижал кондиционированного собрата к полу. А спустя несколько секунд вообще выгнал наружу. Бедняга растворился в безвестности.

Пока офицеры выгружали снаряжение (кстати, не особо и габаритное), Кайда двинулся к Cessna. Летчик, одернув цветастую рубаху, чем выдал принадлежность к силовикам, сделал несколько шагов навстречу. Понятное дело, не строевым.

– Здравия желаю …, – замялся он, оказавшись метрах в четырех.

– В полковниках с утра числился, – кротко хмыкнул Александр, протягивая для рукопожатия руку. – А ты в каком звании пребываешь?

– Майор. В отставке. – Ладонь летуна по твердости лишь слегка уступала наковальне. – Поспешать надо. Вон, видите тучи с юго-востока накатывают. Боюсь, даже не дождь, ливень грядет.

– Летний дождь, летний дождь. Шепчет мне легко и просто. – С рюкзаком на спине мимо прошел Морозов и подмигнул пилоту.

«У Катрин глаза цвета летнего дождя», – совсем некстати вынырнуло в голове. Кайда недовольно поморщился, отгоняя всплывший образ француженки. – Поспешать? Я не против. От винта?

Жак Бенар, насвистывая легкомысленный мотивчик, вышел из лифта. Пересек небольшой холл, лукаво улыбнулся и шутливо погрозил указательным пальцем симпатичной охраннице. Та бдила у п-образной арки металлоискателя. Шоколадная кожа девушки особенно выигрышно смотрелась на фоне голубой рубашки и синих брюк униформы. В ответ она коротко дернула губы в многообещающей улыбке, что ещё больше подняло настроение. В голове мелькнула шалая мысль о возможном флирте, но француз отогнал ту. На сегодняшний вечер имелись планы интереснее. Роман с Анжу выходил на финишную прямую и это, знаете ли, вселяло …

– А вот и наш бродяга! – хмыкнул Андрей, продолжая с беззаботным видом жевать банан. Скамейка, что они с Кайдой оккупировали с полчаса назад, располагалась метрах в тридцати от входа в местный офис корпорации “Darrick Gold”. – Смотри-смотри, веселый такой чапает. Обрадуется, когда нас увидит …, наверное.

– Главное, чтобы от радости кони не кинул. – Александр деланно зевнул и поднялся со скамьи. – Пошли, что ли. Обрадуем кренделя. Глянь, он уже к своей машине подходит.

– Дружище! – радостно гаркнул полковник и панибратски хлопнул француза по плечу. Бенар в этот момент потянул дверную ручку серого “Citroen”. Эффект неожиданности сработал отлично. Крутнулся волчком и … отпрянул. Отпрянул бы, да уперся в С-4.

Наверное, словосочетание «вытаращил глаза» возникло из подобного зрелища. Откровенно издеваясь, Кайда приподнял Жаку солнцезащитные очки на лоб и неожиданно пальцем щелкнул того по носу. Со стороны, сие выглядело символом дружбы, а на деле … Дерзко, унизительно и больно к тому же.

– Чёж ты таким хлипким стал? – укоризненно он покачал головой и протянул белоснежный платок. Красная жидкость, на манер внезапного дождя, торопливо закапала с кончика носа на землю. – Глянь, Андрэ, до чего боевого товарища довела унылая жизнь офисного планктона!