Читай между строк. Практичное руководство по любовной переписке: знакомства, свидания, брак

Амелия: Я поплавала. Ура.

Калеб: Охх неплохо.

Калеб: Я провел 2 часа на аштанга-йоге. Дошел до 2 уровня

Амелия: Это много собак мордой вниз

Калеб: Я в позе собаки, ты пускаешь пузыри и вращаешься.

Амелия: Сегодня на работе спокойнее, чем вчера. Гуляю…

Калеб: Ура спокойствию! Чувствую глубокую благодарность за твое присутствие и время, проведенное нами вместе на этой неделе.

Амелия: Оооу… так ты не бросишь все это, чтобы искать дальше?

Калеб: Моя дорогая Амелия,

– Мы уже далеко зашли и принимаем уязвимость в наших отношениях

– ты была так добра, приняв меня таким, какой я есть

– мне приятно/трудно называть эту уязвимость, потому что, называя, я делаю ее более реальной, и ты помогаешь мне осознать, что я не хожу по краю

– мы разделяем нашу слабость, коренящуюся в страхе. Я ценю, что знаю о твоих слабостях и говорю о своих. Она моя и принадлежит мне, и мне не нужно больше того, что ты уже делаешь, просто обнимай меня

– Четыре недели назад я и представить себе не мог, что мы создаем, а ты стала для меня огромным источником исцеления и роста.

Когда Амелия подтрунивает над серьезностью намерений Калеба, он предполагает, что девушку нужно успокоить. Это приводит к подробному рассказу о том, что он считает их общими чувствами. Кажется, мысль о том, что она эти чувства может не разделять, не приходила Калебу в голову, когда он беспечно продвигался вперед. Может, Амелия и наслаждалась временем, проведенным с Калебом, и стала для него источником исцеления, но его ответ был слишком нудным и навязчивым для нее.

Желание понять естественно, но бывают моменты, когда мы не хотим понимать. Пеннебейкер рассказал мне историю о том, как однажды к нему обратилась женщина с просьбой проанализировать общение между ней и мужчиной, с которым она встретилась и «подружилась» на конференции. После конференции она послала ему нежную записку, надеясь продолжить отношения. Он ответил вежливо, но холодным и сдержанным тоном. «Ей не нужен был эксперт в лингвистической области, – сказал Пеннебейкер. – Любой, прочитавший это, сразу бы понял, что мужчина не заинтересован». Но она этого не видела, потому что не хотела. Так что она сделала вместо того, чтобы принять отказ? В первую очередь наняла профессора психологии.

Следить за смысловой нагрузкой наших сообщений очень важно на ранней стадии отношений, о чем свидетельствует тяжелый и загруженный текст Калеба. Процесс ухаживания – это как строительство моста между двумя людьми. Поначалу мост больше похож на качели, шаткие и чувствительные к каждому сообщению, рискующие рухнуть на одну сторону. Пара, совместимая в текстовом общении, переписывается с одинаковой скоростью и частотой. Если представить на противоположных концах воображаемых качелей окошки чата собеседников, то для поддержания баланса они должны оставаться в равновесии, а не заваливаться на одну сторону. Непропорционально длинные или короткие сообщения либо вызывают раздражение, либо наводят на мысль об отстраненности собеседника. Ответ из двух слов на длинное искреннее сообщение точно не доставит удовольствия.

Конечно, это не бухгалтерский учет; никто не ведет отчетность. Но модель диалога, где сообщения сильно смещены к одной стороне экрана, обычно не очень хороший знак. Со временем совместный опыт должен стабилизировать качели и сделать их более похожими на мост, по которому можно было бы перевозить все более тяжелые материалы.

Баланс между химией и совместимостью

Химия берет начало скорее не из рассудочного, а бессознательного, и по проявлению схожа с эмоциями. Она ощущается как сильная привязанность или эйфория. Как при опьянении от алкоголя или кайфе от запрещенных веществ, у нас могут меняться восприятие времени и сниматься внутренние запреты.