Читаем Читающее Средневековье полностью

Так, в правом верхнем углу, в вечности Бога до сотворения мира, проходят дебаты о четырех кардинальных добродетелях (Благоразумии, Умеренности, Стойкости духа и Справедливости), представленных женщинами в высоких головных уборах, по случаю сотворения мира и человека. При этом обсуждение происходит в присутствии «Троицы Псалтири» (то есть Бога-Отца и Бога-Сына, сидящих бок о бок; здесь они повернуты друг к другу, с Голубем между ними, который есть Дух Святой). Ниже, в правом нижнем углу, мы видим сотворение Адама, причем Господь изображен с крестоцветным нимбом, без бороды, очень юной внешности, подобной Христовой. Далее следует сотворение Евы. Адам при этом, кажется, бодрствует и с любопытством наблюдает за происходящим, хотя и лежит во весь рост на земле.

Внизу слева показан эпизод Преображения Христа, рассказанный тремя евангелистами (Матфей 17:1–9; Марк 9:2–9; Лука 9:28–36), и с тремя апостолами, Петром, Иаковом и Иоанном, в качестве свидетелей, в правой нижней части – миниатюры, в то время как вверху изображены два небесных свидетеля: Моисей слева и Илия справа. Христос стоит в центре, а над ним Бог-Отец, выпускающий Голубя – Святого Духа. Наконец, выше все 12 апостолов преклоняют колени, а святой Петр слева впереди несет на плече два ключа, символизирующих его роль главы апостольской коллегии. Справа к нему обращен апостол Павел с мечом. Апостолы величественно окружают Бога-Отца, которого венчают тройной короной два из восьми огненных ангелов, собравшихся вокруг него и над ним. Эта тройная корона, до сих пор называемая «Трицарством», впервые появилась в западном искусстве около 1300 года, во время короткого понтификата Бонифация VIII. Этот символ, предназначенный исключительно для папы римского, является эмблемой его тройственной власти. Бог восседает на радуге, облаченный в роскошные одежды, поддерживая вытянутыми руками горизонтальную перекладину креста, на котором изображен распятый Христос с тремя гвоздями и обильно текущей кровью. Голубь Святого Духа образует связующее звено между этим Престолом Благодати и Преображением. А вокруг всего это целые заросли самых разных цветов…


5. Оригинальные инициалы из «Часослова Карла Ангулемского»


«Часослов Карла Ангулемского» был заказан Карлом Орлеанским, графом Ангулема и отцом короля Франции Франциска I, в 1482–1485 годах в Париже Робине Тестару и Жану Бурдишону. Рукопись состоит из 230 листов и содержит 38 миниатюр, включая 7 больших, а также бордюры, инициалы, орнаменты и поля. Текст – латынь на пергаменте. После Карла Ангулемского этим часословом владел Жан Бальденс, парижский юрист и библиофил; затем манускрипт попал в коллекцию Жана-Батиста Кольбера и, наконец, оказался в Национальной библиотеке Франции, где хранится и сегодня.


6. Христос в ожидании распятия. «Часослов Карла Ангулемского»


Оригинальность этой книги делает ее одним из самых необычных представителей семейства часословов. Введение в книгу элементов светского характера, жанровых, мифологических сцен или число рыцарских подчеркивает ее оригинальность по сравнению с каноническими образцами этой категории манускриптов.


7. Несение креста. «Часослов Карла Ангулемского»


На рубеже Средневековья и Нового времени был создан и «Часослов Генриха VIII», иллюстрированный Жаном Пойе в Туре. Его 400 страниц содержат 55 полностраничных миниатюр. Находится в Библиотеке и музее Моргана в Нью-Йорке. Считается одной из самых известных работ Жана Пойе. Для оформления манускрипта были использованы невероятно дорогие пигменты Angelico Blue и Tyrian Purple, поэтому подобную книгу мог иметь лишь исключительно богатый и влиятельный человек того времени, каковым и был Генрих VIII.


8. Требник королевы Изабеллы I: гербы католических монархов и брачные гербы ее детей


Требник (по сути, тот же часослов) королевы Кастилии Изабеллы. Иллюминированная рукопись конца XV века в настоящее время хранится в Британской библиотеке, Лондон. Королева получила рукопись незадолго до 1497 года от своего посла Франсиско де Рохаса в ознаменование двойного брака ее детей и детей императора Максимилиана Австрийского и герцогини Марии Бургундской. Всего в книге 523 листа и 170 миниатюр. Считается одним из наиболее богато украшенных требников, которые сохранились.


9. Требник королевы Изабеллы I. Календарная страница «Январь». Сразу видно, что на дворе очень холодно. Бесплатная библиотека Филадельфии


Перейти на страницу:

Все книги серии История и наука Рунета

Дерзкая империя. Нравы, одежда и быт Петровской эпохи
Дерзкая империя. Нравы, одежда и быт Петровской эпохи

XVIII век – самый загадочный и увлекательный период в истории России. Он раскрывает перед нами любопытнейшие и часто неожиданные страницы той славной эпохи, когда стираются грани между спектаклем и самой жизнью, когда все превращается в большой костюмированный бал с его интригами и дворцовыми тайнами. Прослеживаются судьбы целой плеяды героев былых времен, с именами громкими и совершенно забытыми ныне. При этом даже знакомые персонажи – Петр I, Франц Лефорт, Александр Меншиков, Екатерина I, Анна Иоанновна, Елизавета Петровна, Екатерина II, Иван Шувалов, Павел I – показаны как дерзкие законодатели новой моды и новой формы поведения. Петр Великий пытался ввести европейский образ жизни на русской земле. Но приживался он трудно: все выглядело подчас смешно и нелепо. Курьезные свадебные кортежи, которые везли молодую пару на верную смерть в ледяной дом, празднества, обставленные на шутовской манер, – все это отдавало варварством и жестокостью. Почему так происходило, читайте в книге историка и культуролога Льва Бердникова.

Лев Иосифович Бердников

Культурология
Апокалипсис Средневековья. Иероним Босх, Иван Грозный, Конец Света
Апокалипсис Средневековья. Иероним Босх, Иван Грозный, Конец Света

Эта книга рассказывает о важнейшей, особенно в средневековую эпоху, категории – о Конце света, об ожидании Конца света. Главный герой этой книги, как и основной её образ, – Апокалипсис. Однако что такое Апокалипсис? Как он возник? Каковы его истоки? Почему образ тотального краха стал столь вездесущ и даже привлекателен? Что общего между Откровением Иоанна Богослова, картинами Иеронима Босха и зловещей деятельностью Ивана Грозного? Обращение к трём персонажам, остающимся знаковыми и ныне, позволяет увидеть эволюцию средневековой идеи фикс, одержимости представлением о Конце света. Читатель узнает о том, как Апокалипсис проявлял себя в изобразительном искусстве, архитектуре и непосредственном политическом действе.

Валерия Александровна Косякова , Валерия Косякова

Культурология / Прочее / Изобразительное искусство, фотография
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже