Читаем Читающее Средневековье полностью

«Часослов Людовика XII Французского». Создан прекрасным иллюстратором Жаном Бурдишоном, вот только этому манускрипту очень не повезло. В 1700 году он был разорван на множество фрагментов, так что сегодня страницы с его миниатюрами находятся в Музее Гетти (3), Бесплатной библиотеке Филадельфии (4 страницы календаря), Британской библиотеке (3 плюс большинство страниц текста), а также по одной в Национальной библиотеке Шотландии, Музее Мармоттана Париже, Городском музее и художественной галерее Бристоля, Музее Виктории и Альберта, Лувре и частной коллекции в Лондоне. Все листы, кроме одного, удалось соединить только лишь в 2005 году для выставки в Музее Гетти и Музее Виктории и Альберта.


10. Купание Вирсавии. Миниатюра из «Часослова Людовика XII Французского». Миниатюра иллюстрирует момент из Ветхого Завета, описанный в 2-й Книге Царств 11, в котором царь Давид видит, как Вирсавия купается, и, будучи очарован ее прелестями, вступает с ней в плотскую связь. А для того, чтобы жениться на Вирсавии и этим самым покрыть свой грех, он отправляет ее мужа Урию на войну, приказав своим военачальникам бросить его на верную смерть. Музей Гетти



11. Совершенно уникальная для Средневековья «вещь» – это так называемые «Черные часословы», получившие название от цвета своих страниц. Одна из немногих сохранившихся рукописных книг с черными страницами была создана около 1475 года в Брюгге художником из окружения Виллема Вреланта. Вероятно, она была выполнена по заказу одного из придворных герцога Бургундии. В настоящее время находится в Библиотеке и музее Моргана в Нью-Йорке


«Черный часослов» из Брюгге – это одна из семи сохранившихся рукописей, страницы которых в результате сложного процесса окрашивались с помощью сажи или растворами соединений меди и железа. Все известные манускрипты с черными страницами происходят из фламандских мастерских и датируются второй половиной XV века.

В «черном часослове» из Брюгге 121 лист с текстом, 14 миниатюр размером в полную страницу, 15 крупных и множество небольших инициалов и 138 декоративных бордюров. Текст выполнен золотыми и серебряными чернилами, фон инициалов – изумрудно-зеленый. При иллюминировании рукописи использовались сусальное золото и свинцовые белила. Бордюры выписаны золотом по синему фону. Черный фон страниц выгодно подчеркивает в целом весьма ограниченную цветовую гамму художественного оформления. При этом яркий декор на черном фоне явно создает ощущение чего-то страшного, какой-то угрозы. Книга довольно хорошо сохранилась, хотя в некоторых местах наблюдается шелушение черной краски.

Автор – анонимный миниатюрист «Черного часослова». Стиль явно указывает на то, что он входил в круг Виллема Вреланта, одного из ведущих мастеров книжной миниатюры, работавших в Брюгге. Автор так и остался для нас безымянным, зато получил имя «Мастера Черного часослова». О других манускриптах, выполненных этим мастером, ничего не известно. Для кого был изготовлен «Черный часослов», тоже неизвестно. В книге нет изображения герба ее владельца, и можно только лишь предполагать, что заказчиком рукописи мог быть один из придворных герцога Карла Смелого. Есть и еще шесть похожих часословов, в частности «Черный часослов Карла Смелого» (Австрийская национальная библиотека, Вена) и «Часослов Марии Бургундской», который хранится в этой же библиотеке.

А какой часослов самый-самый известный? Тут двух мнений даже и быть не может. Ну конечно, «Великолепный часослов герцога Беррийского», или «Роскошный часослов герцога Беррийского», всемирно прославившийся циклом иллюстраций «Времена года», который состоит из 12 миниатюр с изображением развлечений знати или крестьянских работ на фоне средневековых замков.

Перейти на страницу:

Все книги серии История и наука Рунета

Дерзкая империя. Нравы, одежда и быт Петровской эпохи
Дерзкая империя. Нравы, одежда и быт Петровской эпохи

XVIII век – самый загадочный и увлекательный период в истории России. Он раскрывает перед нами любопытнейшие и часто неожиданные страницы той славной эпохи, когда стираются грани между спектаклем и самой жизнью, когда все превращается в большой костюмированный бал с его интригами и дворцовыми тайнами. Прослеживаются судьбы целой плеяды героев былых времен, с именами громкими и совершенно забытыми ныне. При этом даже знакомые персонажи – Петр I, Франц Лефорт, Александр Меншиков, Екатерина I, Анна Иоанновна, Елизавета Петровна, Екатерина II, Иван Шувалов, Павел I – показаны как дерзкие законодатели новой моды и новой формы поведения. Петр Великий пытался ввести европейский образ жизни на русской земле. Но приживался он трудно: все выглядело подчас смешно и нелепо. Курьезные свадебные кортежи, которые везли молодую пару на верную смерть в ледяной дом, празднества, обставленные на шутовской манер, – все это отдавало варварством и жестокостью. Почему так происходило, читайте в книге историка и культуролога Льва Бердникова.

Лев Иосифович Бердников

Культурология
Апокалипсис Средневековья. Иероним Босх, Иван Грозный, Конец Света
Апокалипсис Средневековья. Иероним Босх, Иван Грозный, Конец Света

Эта книга рассказывает о важнейшей, особенно в средневековую эпоху, категории – о Конце света, об ожидании Конца света. Главный герой этой книги, как и основной её образ, – Апокалипсис. Однако что такое Апокалипсис? Как он возник? Каковы его истоки? Почему образ тотального краха стал столь вездесущ и даже привлекателен? Что общего между Откровением Иоанна Богослова, картинами Иеронима Босха и зловещей деятельностью Ивана Грозного? Обращение к трём персонажам, остающимся знаковыми и ныне, позволяет увидеть эволюцию средневековой идеи фикс, одержимости представлением о Конце света. Читатель узнает о том, как Апокалипсис проявлял себя в изобразительном искусстве, архитектуре и непосредственном политическом действе.

Валерия Александровна Косякова , Валерия Косякова

Культурология / Прочее / Изобразительное искусство, фотография
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже