Читаем Читающее Средневековье полностью

7. Водяная мельница и верши для ловки рыбы


8. Крестьянин пращой разгоняет птиц во время боронования


9. Крестьянки на жатве


Известно, что средневековые рукописи являлись коллективным творением, именно поэтому у них и нет автора. То есть участвовали в их создании сразу несколько человек. Один или сразу несколько писцов писали сам текст, кто-то – только заглавные буквы, а целых четыре художника рисовали орнаменты и иллюстрации. Так что «Псалтирь Латрелла» – это работа одного книжника и целой «бригады» художников, имена которых до нас не дошли, да и не могли дойти в свете известных нам обстоятельств. Возможно, книгу эту создали в Линкольне, но это не более чем предположение. Основано оно на том, что заказчик должен был жить неподалеку и был заинтересован в том, чтобы периодически навещать мастеров и смотреть, как идет работа. Ведь в то время развлечений у феодалов было мало. А так – «Съезжу-ка я в Линкольн, посмотрю, как пишется моя псалтирь!» – вот и развлечение на весь день!

Что за странные животные изображены на страницах этой книги? Впечатляющим украшением, созданным весьма одаренным художником, неофициально названным «Мастером», являются миниатюры в середине книги в так называемых «арабесках»: это гибридные чудовища, у которых голова человеческая, тело было взято от животного, рыбы или птицы, а вот хвост представляет собой… растение. В них мы видим предельную наблюдательность автора и внимание к мелочам, а также явную способность к изобретательности и тонкому юмору. Вроде бы они никак с текстом, который они сопровождают, не связаны. Интересно, что листва изображена в качестве конечностей, как в еврейской рукописи герцога Сассекского «Немецкое Пятикнижие». Все эти чудовища резко контрастируют с религиозной фигурой молящегося мужчины, размещенной в начале манускрипта.


10. «Лев-дракон в шляпе». Монстры на страницах этой псалтири выглядят один другого прихотливее и забавнее. Причем они не выглядят страшными, хотя и очень необычны. То есть рисовал их человек с богатой фантазией, однако что бы это могло значить – неизвестно!


Интересно, что над конной фигурой сэра Джеффри зачем-то изображено чудовище с зубчатым плавником, которое словно переплывает страницу справа налево. А внизу в принятом в то время изящном и пышном стиле, характерном для каллиграфии этой эпохи, сделана надпись: «Лорд Джеффри Латрелл велел мне сделать это». Также весьма интересно, что сам сэр Джеффри Латрелл отнюдь не принадлежал к самой верхушке английского общества XIV века. Ему просто повезло, что он нашел себе неизвестного гения, который расписал его семейную псалтирь столь причудливым образом и этим обессмертил имя этого, в общем-то, не слишком знатного рыцаря из Линкольншира. Откуда явился этот художник и почему нам совсем ничего не известно о других его работах, остается тайной. Единственное имя, которое связано с этим шедевром средневековых манускриптов, – имя самого сэра Джеффри, заказчика этой уникальной работы. Но нельзя не отметить, что художник обладал отличным чувством юмора и богатым воображением, чего были лишены многие другие иллюстраторы средневековых рукописей. Интересно, что по традиции в начале, после обязательной хвалы Господу, была помешена миниатюра, непосредственно посвященная заказчику. На ней сэр Джеффри, с характерным норманнским профилем, величественно восседает на огромном боевом коне и принимает шлем из рук своей не менее аристократичной жены-нормандки. Невестка стоит тут же и ждет возможности вручить ему щит. На обеих женщинах геральдические платья, по рисункам на которых нетрудно установить наличие родственных связей между семейством Латреллов и Саттонами и Скротами из Мэшема. Все эти три семейства были связаны брачными узами, и на каждой фигуре можно видеть гербы этих семейств.


11. Маленький разбойник рвет чужие вишни


Ну и конечно, иллюстрации «Псалтири Латрелла» необычны прежде всего тем, что очень подробно повествуют о труде простых английских крестьян. Например, среди иллюстраций есть изображающие жниц, и даже такие, где женщины в тесном загоне доят овец. Собранное молоко уносят в кувшинах и емкостях, поставив их на голову, прямо-таки как на Востоке. А потом из него сделают сыр!

<p>Глава 11. Сакраменталии – книги с текстами для литургии</p>

Они служили певцами пред скиниею собрания, доколе Соломон не построил дома Господня в Иерусалиме. И они становились на службу свою по уставу своему.

Первая книга Паралипоменон, 6:32


Перейти на страницу:

Все книги серии История и наука Рунета

Дерзкая империя. Нравы, одежда и быт Петровской эпохи
Дерзкая империя. Нравы, одежда и быт Петровской эпохи

XVIII век – самый загадочный и увлекательный период в истории России. Он раскрывает перед нами любопытнейшие и часто неожиданные страницы той славной эпохи, когда стираются грани между спектаклем и самой жизнью, когда все превращается в большой костюмированный бал с его интригами и дворцовыми тайнами. Прослеживаются судьбы целой плеяды героев былых времен, с именами громкими и совершенно забытыми ныне. При этом даже знакомые персонажи – Петр I, Франц Лефорт, Александр Меншиков, Екатерина I, Анна Иоанновна, Елизавета Петровна, Екатерина II, Иван Шувалов, Павел I – показаны как дерзкие законодатели новой моды и новой формы поведения. Петр Великий пытался ввести европейский образ жизни на русской земле. Но приживался он трудно: все выглядело подчас смешно и нелепо. Курьезные свадебные кортежи, которые везли молодую пару на верную смерть в ледяной дом, празднества, обставленные на шутовской манер, – все это отдавало варварством и жестокостью. Почему так происходило, читайте в книге историка и культуролога Льва Бердникова.

Лев Иосифович Бердников

Культурология
Апокалипсис Средневековья. Иероним Босх, Иван Грозный, Конец Света
Апокалипсис Средневековья. Иероним Босх, Иван Грозный, Конец Света

Эта книга рассказывает о важнейшей, особенно в средневековую эпоху, категории – о Конце света, об ожидании Конца света. Главный герой этой книги, как и основной её образ, – Апокалипсис. Однако что такое Апокалипсис? Как он возник? Каковы его истоки? Почему образ тотального краха стал столь вездесущ и даже привлекателен? Что общего между Откровением Иоанна Богослова, картинами Иеронима Босха и зловещей деятельностью Ивана Грозного? Обращение к трём персонажам, остающимся знаковыми и ныне, позволяет увидеть эволюцию средневековой идеи фикс, одержимости представлением о Конце света. Читатель узнает о том, как Апокалипсис проявлял себя в изобразительном искусстве, архитектуре и непосредственном политическом действе.

Валерия Александровна Косякова , Валерия Косякова

Культурология / Прочее / Изобразительное искусство, фотография
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже