Читающий мозг в цифровом мире

Многие изменения в нашем мышлении обязаны как нашему биологическому рефлексу, необходимому для новых стимулов выживания, так и культуре, которая наводняет нас постоянными раздражителями нашего сговора. Важно то, что мы будем делать дальше с нашим растущим сознанием этих изменений: будем ли мы усугублять негативные изменения, игнорируя их, или исправлять их с помощью возросших знаний, будет отчасти зависеть от того, что мы все будем делать дальше. Легко забыть о том, что созерцательное измерение, которое находится внутри нас, не является данностью и требует постоянного намерения и времени. То, как мы отсчитываем и думаем о времени, которое нам дается в миллисекундах, часах и днях, вполне может быть самой важной вещью, которую каждый из нас выбирает в эпоху непрерывного движения.

В своем прекрасном эссе «Время» Ева Хоффман умоляет нас подумать о том, что «потребность в размышлении, в осмыслении нашего преходящего состояния – это парадоксальный дар времени нам и, возможно, лучшее утешение». Обращение Хоффман было неожиданно доведено до меня в недавнем интервью Чарли Роуза с Уорреном Баффетом и Биллом Гейтсом. Когда его спросили, чему научил его Баффет, Гейтс мягко заметил, что Баффет научил его «заполнять свой календарь интервалами». Неожиданным жестом Баффет вытащил маленький бумажный календарик размером меньше ладони и показал все пустые места, тихо сказав: «Время – это единственное, что никто не может купить». Никто не произнес ни слова в течение секунды, и камера не сдвинулась с этого покровительски добродушного лица, как будто для того, чтобы сохранить на пленке, что проще всего, но труднее всего для поддержания понимания.

Способны ли мы проявить свою способность к размышлениям в эту эпоху – вопрос личного выбора, имеющий решающее значение для нас, как для отдельных людей, так и для граждан. Джон Данн считал, что утрата этого аспекта связана с ростом насилия и конфликтов. Я рассматриваю его постепенную утрату, скорее, как результат непредвиденных последствий нашей среды, постоянной потребности в оперативности: «выиграть время», не зная, с какой целью, уменьшение концентрации внимания, вытесненное за пределы когнитивных возможностей потоком отвлекающих факторов и информации, которая никогда не станет знанием, и все более манипулируемое и поверхностное использование знаний, которое никогда не станет мудростью.

В первой половине ХХ века Т. С. Элиот писал в «Хорах из “Скалы”»: «Где та мудрость, которую мы потеряли в знании? Где же то знание, которое мы потеряли в информации?» В первой четверти нашего столетия мы ежедневно смешиваем информацию со знанием, а знание с мудростью, в результате чего все три эти понятия уменьшены. На примере интерактивной динамики, которая управляет нашими процессами осмысленного чтения, только распределение времени на наши логические и критические аналитические функции может преобразовать информацию, которую мы читаем, в знания, которые могут быть закреплены в нашей памяти. Только это внутреннее знание, в свою очередь, позволит нам проводить аналогии и делать выводы из новой информации. От этого распределения времени зависит распознавание истинности и ценности новой информации. Но наград много, включая, как это ни парадоксально, само время для использования, которое в противном случае могло бы уйти на обочину нашей жизни без предупреждения, мой переход к невидимым урожаям, которые катятся из третьей, созерцательной жизни.

Созерцательная жизнь

Время радости