Что такое старообрядчество?

С древнейших времен христиане уделяли внимание красоте, благообразию и стройности исполнения молитвенных песнопений. Именно пение поразило послов князя Владимира, побывавших в Царьграде, в храме Святой Софии. Так поразило, что они не понимали, на земле они или на небе. Не сонмы ли архангелов, ангелов, херувимов и серафимов, предстоящих престолу Божьему, слышат они сейчас?

С православной верой на Русь пришло греческое церковное пение – торжественное, неспешное и чинное. В наши дни во всем своем многовековом величии оно сохранилось только у староверов.

Конечно, нынешнее пение несколько отличается от византийского. Но все же у старообрядцев оно сохранилось лучше, чем у самих греков, изменивших его под влиянием восточных напевов турок и арабов.

Главной особенностью византийского и древнерусского, а также современного старообрядческого церковного пения является то, что оно исполняется строго в унисон, то есть единогласно.

При унисонном, или единогласном, исполнении все клирошане – певчие на клиросе – поют вместе. Никто не забегает вперед, никто не отстает. Никто не повышает голос, никто не понижает. Когда слышишь такое пение, кажется, поет один человек, а не несколько.

Единогласное пение в храме образно свидетельствует о единомыслии верующих, собравшихся на молитву. Оно успокаивает умы и сердца, отягченные житейскими заботами. Оно помогает человеку ощутить себя частью единого тела Христова – единой Святой Соборной и Апостольской Церкви.

Православному пению чужда вычурность и чувственность. Голоса певчих звучат просто и естественно, свободно и бесстрастно, без напряжения и надрыва. Это помогает верующему сосредоточиться на молитве, вознестись душой и почувствовать близость Всемогущего и Всемилостивого Бога.

В старину в храмах пели и читали преимущественно мужчины. Но сегодня, когда мужских голосов не хватает, к участию в богослужении допускаются и женщины. При этом в некоторых приходах стараются, чтобы мужчины пели на одном клиросе, а женщины – на другом.

Существует несколько церковных распевов – простое «пение на глас», знаменный столповой и путевой, демественный и кондакарный, к сожалению, ныне полностью утраченный.

Особой торжественностью отличается демественное пение. В старину оно называлось красным, то есть прекрасным. Это пение появилось на Руси в XV веке. Его можно было услышать только в особых случаях – на богослужениях в присутствии царя и патриарха и на великих церковных праздниках.

Иногда молитвы поются по образцу, по подобию других песнопений. Тогда они называются «подобны» или «на подобен». А песнопение-образец называется «самоподобен».

Некоторые молитвы поют по напевке – по образцу, который передается на слух из поколения в поколение. Напевки могут быть неодинаковыми в разных общинах.

Для записи богослужебных напевов греки использовали особые знаки, не похожие на современные ноты. Эти знаки назывались невмами. На Руси их назвали знаменами, или крюками. Поэтому русское церковное пение называется знаменным, или крюковым.

Византийские невмы и русские знамена отличаются от обычных нот не только внешним видом, но и значением. Одна нота обозначает один звук. А одной невмой или одним знаменем может записываться как один звук, так и несколько. Различия звуков обозначаются особыми пометами – знаками и маленькими буквами возле знамен.

Названия разных видов знамен необычны: запятая, змеица, крыж, облачко, палка, стопица, чашка. Некоторые названия даже красивы: «голубчик борзый», «два в челну», «сорочья ножка», «стрела мрачная», «стрела громосветлая».

Новообрядцы со времен Алексея Михайловича и Никона постепенно отказывались от знамен и древнего пения. Вместо знамен они стали использовать европейские ноты. А вместо старинных напевов – новые европейские, более живые и чувственные.

Москву наводнили многочисленные малорусские певчие. Они привезли с собой особенное пение, так называемый киевский распев, подражавший польской музыке.

Это пение также называли многоголосным, или партесным. Ведь теперь клирошане пели не по-прежнему, единогласно, а разделившись на партии – части. Низкие голоса – басы – пели свою партию. Высокие – дисканты – свою.

В XVIII веке новообрядческое пение совершенно соединилось со светской музыкой. Появились композиторы, писавшие как церковные песнопения, так и музыку для театра и танцев.

Теперь от богослужебного пения требовалась только красота, причем своеобразно понимаемая. Эта красота заключалась в излишней сложности, надуманной вычурности и слезливой чувственности. Композиторы старались сочинять такие песнопения, чтобы, прослушав их, молящиеся в храме хотели хлопать в ладоши, как зрители в театре.

При таком пении слова молитвы были искажены или вовсе непонятны. Но никониан это не смущало. В их храмах можно было услышать даже музыку, пользовавшуюся успехом на театральных подмостках. На нее пелись слова псалмов и молитв.