Чужая сила

Фламберг, в отличие от профессора говорил вполголоса, не делая попыток кричать. И, самое удивительное, Алекс как-то ухитрялся слышать каждое слово.

– Сейчас посмотрим. Посторонись-ка, камрад.

Обер-канонир, наводчик револьверной пушки, одной из двух, установленных на мостике, шагнул назад. Алекс упёрся плечом в большой, обшитый кожей приклад, развернул орудие на островок и прильнул к трубке телескопического прицела.

«…вот это я понимаю – нормальная оптика! Не то, что покрытые литыми украшениями бинокуляры, предназначенные для развлечения придворных дам и прочих высокопоставленных пассажиров «Кримхильды».

– Посреди острова какой-то бугор. Отсюда толком не видно, надо подойти поближе.

– Мне он тоже сразу бросился в глаза. – согласился Фламберг. – А ведь Летучие острова, особенно, новорожденные, всегда плоские, как стол. На них даже больших деревьев быть не может, не успевают вырасти. А тут – целый холм!

Профессор оторвался от большого морского бинокля. Это был бинокль Алекса – и не казённый, выданный вместе с прочим мичманским скарбом, а его собственный, законнейше приобретённый год назад. Смольский, на правах начальства (дайте-ка ваш бинокль голубчик, а то те, что нам тут выдали, ни к шуту не годятся!) завладел им, как только островок появился на горизонте – и с тех пор не выпускал из рук.

– Скорее, не холм, а насыпь. Видите, она как бы вытянутая, от одного конца островка до другого?

Фламберг скептически покачал головой.

– Откуда там взяться насыпи? Если бы даже кому-то и пришло в голову завезти на остров три-четыре баржи грунта, то он с таким грузом нипочём бы не взлетел! Нет уж, скорее это что-то типа разросшихся кустов…

– Я согласен с магистром. – подтвердил мичман. – Тем более, мне показалось, что эта штука не сплошная: сквозь неё видно голубое небо.

– Ну-ка – ну-ка. – Смольский сунул бинокль дочери (та немедленно навела его на островок и принялась крутить колёсики резкости) и, бесцеремонно оттеснив Алекса, полез к револьверной пушке. При этом он сделал попытку ухватиться за спусковую рукоять, и если бы не мичман, вовремя перехвативший профессорскую руку – пожалуй, ещё и обстрелял бы ни в чём неповинный островок.

– Не видно! – профессор оторвался от телескопа и стукнул кулаком по казённику ни в чём не повинной картечницы. – Ни пса не видно, слишком высоко поднялись. Сколько до острова?

– Миля и три четверти. – прикинул Алекс. – Капитан фон Арним сбросил тягу перепонок, так что мы его догоняем – но медленно, узлах на пяти.

– Это было ясно по тому, что теперь, для того, чтобы что-то сказать, не приходилось напрягать голосовые связки. Слышны были даже фразы, которыми обменивались капитан и вахтенные за стёклами ходовой рубки.

– Примерно через четверть часа подойдём совсем близко, зависнем над островком, и уж тогда сможем разглядеть всё своими глазами.

Профессор обошёл митральезу, встал рядом и принялся нетерпеливо постукивать кулаком по связке стволов. Обер-канонир наблюдал за манипуляциями начальника экспедиции с подозрением, но замечание сделать не решался.

«…нервничает старик… – подумал Алекс. – Оно и понятно: в ближайшие пару-тройку часов решится – зря они затеяли эту авантюру, или можно рассчитывать, что из неё выйдет толк?…»

– Ну и махина. – Алекс перегнулся через ограждение, разглядывая островок. – Неудивительно, что мы приняли его за холм!

– «Облачник» инри? – осведомился фон Арним. По такому случаю он покинул рубку и присоединился к пассажирам на галерее.

– Ни в коем случае! – мичман решительно помотал головой. Металлические фермы, оболочки и ткани – ничего общего с инрийскими воздушными кораблями. Скорее уж, это ближе к нашим конструкциям.

Профессор извлёк из кармашка пенсне и нацепил на нос.

– Значит, это судно из Империи?

– Никак нет, герр Смольски. – покачал головой капитан «Кримхильды». – Мне отлично известны все наши воздушные корабли, и могу вас заверить – такого в составе флота Империи не было никогда.

– А если это не военный дирижабль, а гражданский? Грузовоз, скажем, или пассажирский лайнер?

– Невозможно. – ответил за фон Арнима Фламберг. – Гражданских дирижаблей таких размеров никто не строит, незачем. Даже «Западные Пассажирские Линии», известные своим пристрастием к гигантомании, таких громадин отродясь не строили. Возьмите хоть их знаменитую «Династию» – она меньше раза в полтора!

– Согласен с фрегаттен-капитаном. – снова заговорил Фламберг. – Верфи, пригодные для подобных монстров есть только в двух местах – в Столице и в Туманной Гавани. Как специалист по наземному оборудованию… – при этих словах он изобразил уголком тонких губ что-то вроде усмешки, – как специалист, могу вас заверить: за последние лет двадцать ничего подобного со стапелей не сходило.

– А раньше?

– А раньше мы таких больших воздушных кораблей не строили.

И потом я совершенно не виду ни гондол, ни мостиков. – добавил фон Арним. – Только корпус, только газовые мешки.

– Возможно, они внизу, придавлены к грунту? – предположил Алекс.

Фон Арним пожал плечами.