COVID-19: Великая перезагрузка

Инновации в производстве, распределении и бизнес-моделях могут способствовать повышению эффективности и созданию новых или более совершенных продуктов, которые создают более высокую добавленную стоимость, что ведет к созданию новых рабочих мест и экономическому процветанию. Таким образом, правительства имеют в своем распоряжении инструменты, позволяющие перейти к более инклюзивному и устойчивому процветанию, сочетая определение направлений деятельности и стимулы государственного сектора с коммерческим инновационным потенциалом путем фундаментального переосмысления рынков и их роли в нашей экономике и обществе. Это требует иного и сознательного инвестирования в приграничные рынки, описанные выше, в те области, где рыночные силы могут иметь преобразующий эффект на экономику и общество, но где некоторые из необходимых предпосылок для функционирования все еще отсутствуют (например, технические возможности для устойчивого производства продукта или масштабных активов все еще недостаточно, стандарты не определены должным образом или правовая база еще не разработана). Формирование правил и механизмов этих новых рынков может оказать трансформирующее воздействие на экономику. Если правительства хотят перехода к новому и лучшему виду роста, у них есть возможность действовать прямо сейчас, чтобы создать стимулы для инноваций и творчества в областях, обозначенных выше.

Некоторые призывают к «замедлению роста» - движению, которое предполагает нулевой или даже отрицательный рост ВВП, которое набирает обороты (по крайней мере, в самых богатых странах). По мере того, как критика экономического роста переходит на центральное место, финансовое и культурное доминирование консьюмеризма в общественной и частной жизни будет пересмотрено.[42]Это становится очевидным в ориентированной на потребителя активности по снижению роста в некоторых нишевых сегментах - например, в пропаганде меньшего количества мяса или меньшего количества рейсов. Вызвав период вынужденного замедления роста, пандемия вызвала возобновление интереса к этому движению, стремящемуся повернуть вспять темпы экономического роста, что побудило более 1100 экспертов со всего мира опубликовать в мае 2020 года манифест, предлагающий стратегию сокращения роста для решения этой проблемы. экономический и гуманитарный кризис, вызванный COVID-19.^[43] В их открытом письме содержится призыв к принятию демократически «спланированного, но адаптивного, устойчивого и справедливого масштабирования экономики, ведущего к будущему, в котором мы сможем жить лучше с меньшими затратами».

Однако остерегайтесь того, что стремление к уменьшению роста оказывается столь же безнадежным, как и стремление к росту! Вместо этого наиболее дальновидные страны и их правительства будут отдавать приоритет более инклюзивному и устойчивому подходу к управлению и оценке своей экономики, который также способствует росту рабочих мест, повышению уровня жизни и защите планеты. Технология, позволяющая делать больше с меньшими затратами, уже существует.^[44] Не будет принципиального компромисса между экономическими, социальными и экологическими факторами, если мы примем этот более целостный и долгосрочный подход к определению прогресса и стимулированию инвестиций в экологически чистые и социальные пограничные рынки.

1.2.3. Фискальная и денежно-кредитная политика

Ответные меры налогово-бюджетной и денежно-кредитной политики на пандемию были решительными, масштабными и быстрыми.

В странах, имеющих системное значение, центральные банки почти сразу после начала эпидемии решили снизить процентные ставки, запустив при этом крупные программы количественного смягчения, взяв на себя обязательство печатать деньги, необходимые для снижения стоимости государственных заимствований. ФРС США обязалось покупать казначейские облигации и ценные бумаги, обеспеченные ипотекой, в то время как Европейский центральный банк пообещал купить любой инструмент, который выпустят правительства (шаг, который позволил сократить разрыв в стоимости заимствований между более слабыми и более сильными членами еврозоны).

Одновременно большинство правительств предприняли амбициозные и беспрецедентные меры налогово-бюджетной политики. Срочные и масштабные меры были приняты очень рано во время кризиса с тремя конкретными целями: 1) бороться с пандемией, расходуя столько средств, сколько требуется, чтобы как можно быстрее взять ее под контроль (посредством проведения тестов, возможностей больниц, исследований в лекарства и вакцины и др.); 2) предоставлять экстренные средства домохозяйствам и фирмам, находящимся на грани банкротства и катастрофы; и 3) поддерживать совокупный спрос, чтобы экономика могла работать максимально близко к потенциалу.[45]