Дальняя авиация. Её вклад в создание ядерного оружия СССР

Изделия, имеющие в составе ВВ и ДМ, в принципе потенциально опасны, в том числе и ядерно опасны, что обусловлено наличием в их составе автоматики, содержащей все компоненты для инициирования взрыва заряда. Это диктовало необходимость схемных решений, которые гарантированно исключали бы несанкционированное инициирование заряда. Наряду с решениями, реализуемыми через построение схемы автоматики, рассматривался комплекс организационных и технических мер безопасности для этапов подготовки и проведения ядерных испытаний.

Не хватало информации по безопасности экипажей и самолётов в полёте при воздействии поражающих факторов взрыва, требовалось более глубокое исследование, в том числе и на основе постепенного накопления экспериментальных данных.

К 1949 году на 71-м Полигоне ВВС были практически завершены основные испытания изделия 501. Лётные испытания изделий проводились при непосредственном участии разработчиков.

Результаты отработки и испытаний изделия 501 и самолёта-носителя Ту-4 подтвердили возможность ядерных испытаний РДС-1 при бомбометании с самолёта-носителя Ту-4. Однако в связи с неопределённостью вопроса о мощности взрыва и недостаточной изученностью механизма воздействия его поражающих факторов на самолёт-носитель руководство приняло решение испытать РДС-1 в стационарном режиме (на вышке), что и было реализовано 29 августа 1949 года на Семипалатинском полигоне. Испытание воздействия поражающих факторов ядерного взрыва на самолёт и находящихся на его борту провёл экипаж капитана Усачёва К. И. на самолёте Ту-4.

Таким образом, 29 августа 1949 года на Семипалатинском полигоне был испытан первый ядерный заряд РДС-1, установленный на башне высотой 37,5 м, имевший мощность 22 кт. Через двадцать минут после взрыва в самый его эпицентр отправились два танка, оборудованных дозиметрическими приборами. Защиту экипажа от радиации обеспечивали специальные свинцовые листы. Танковая разведка установила, что в эпицентре радиация составляла более 1800 Р/ч (доза облучения в 600 Р в 50 % случаев приводит к летальному исходу). На месте центральной башни образовалась воронка диаметром три и глубиной полтора метра. Промышленные здания на расстоянии до пятидесяти метров от эпицентра были полностью разрушены, железнодорожный мост – сорван с опор и отброшен в сторону. От железнодорожного пути, соединявшего башню со зданием, где собирался заряд, остались лишь разбросанные в радиусе 25 м куски рельсов, некоторые из них были оплавлены. Само здание было полностью уничтожено. В радиусе 25 м от центра грунт превратился в мелкую пыль, а дальше шла легко ломавшаяся оплавленная корка.

Вот что рассказывает участник тех событий, полковник Т. Шевченко: «По назначенному маршруту мы двинулись к своим объектам и сразу попали в сплошное облако пыли и гари. Было душно и жарко, но окна в машине открывать запретили, дабы “защититься от проникающей радиации". В пяти-шести километрах от взрыва стали попадаться отдельные животные, которые сорвались с привязи и тупо брели кто куда. Вид у них был жалкий и страшный: обожжённые туловища, слезящиеся или ослепшие глаза. Они шарахались от нас с подвывом и стоном. Ближе к эпицентру взрыва стали встречаться потоки расплавленного металла в виде множества разбросанных и красиво оплавленных шариков… Кругом валялась искорёженная боевая техника… Что могло гореть – горело… Отовсюду слышались стон, вой и лай животных. Это было кошмарное зрелище».

Радиоактивный след от первого ЯВ 29 августа 1949 года мощностью всего 22 кт накрыл одиннадцать административных районов Алтайского края. Средние индивидуальные дозы внешнего облучения у группы населения численностью четыре с половиной тысячи человек составили около 46 рентген.

В результате успешного испытания первого ядерного заряда в октябре 1949 года его участники получили награды.

Постановление о награждении участников испытаний первого ядерного заряда

Отдельной строкой Постановления был также поощрён и Курчатов И. В. Не был забыт и Берия Л. П.

Постановление о награждении Берии Л. П.