Дедушка, Grand-p`ere, Grandfather… Воспоминания внуков и внучек о дедушках, знаменитых и не очень, с винтажными фотографиями XIX – XX веков

На семейном совете решили — сопровождать отца будет Катя. Она же писала в Москву открытки. На одной стороне фото — она с отцом, на другой — текст. Несколько открыток сохранилось.

22 апреля

«Дорогая моя мамочка и дорогие девочки. Только сейчас получили, милые Розушка и Лизушка, ваше письмо. Посылаю вам, мои дорогие, наши физиономии. Я вышла ужасно скверно, была в старом корсете и в старой юбке, т. к. новый корсет не могла, к сожалению, одеть… У нас ничего нового, все идет обычным порядком.

Милая моя мамочка, напиши мне, получила ли ты печатный лист, который я тебе послала относительно того, что могут есть диабетики. Не беспокойся, дорогая, папа очень хорошо себя чувствует, хотя продолжает немного курить, гуляем очень мало, комнатой и столовой очень довольны. Кланяйтесь Татьяне и Герасиму».

Иван Иванович с Екатериной, Карлсбад, 1913

22 апреля

«Дорогая моя Зинушка! Посылаю тебе наши физиономии, а также группу с Банашами и Танкелем. Полюбуйтесь на нас, по-моему, я вышла очень скверно, папа же, наоборот, хорошо. Только не смейся, скажи Лельке, чтобы он также не смеялся над нами.

У нас ничего нового, чувствуем себя по-прежнему очень хорошо. Погода теперь стоит очень хорошая. Посылаю эти карточки также и маме, и всем нашим на Клязьму. Как ты, дорогая, поживаешь? Спасибо тебе за твои открытки. Пиши нам по-прежнему, не ленись, чем доставишь нам большую радость. Пока, всего хорошего, целую тебя крепко-крепко. От меня также Лельку поцелуй».

22 апреля

«Дорогой Марушка! Шлю также и тебе наши физиономии, полюбуйся на нас, нахожу, что вышли довольно скверно. Как ты поживаешь? Продолжаешь ли заниматься велосипедным спортом? Должна и тебя упрекнуть в том (Колю и Зину уже упрекнула), что ни слова мне не пишешь, я послала тебе отдельно открытку, а ты ограничился только припиской в письме мамы, хотя и за это благодарю. Целую тебя крепко. Твоя Катя. Привет от папы».

Три открытки в один день… По трем адресам. Лиза и Роза жили с матерью. Зина отдельно, с мужем («Скажи Лельке, чтобы не смеялся» — наверняка Леопольд). Третье послание какому-то Марушке.

Все открытки ни о чем: погода хорошая, питанием довольны, фото граф ировались… Никакой информации. Так зачем же, спросим мы сейчас, столь много писать? Ответ прост: выразить на бумаге свою любовь, заботу друг о друге. Ласкательные суффиксы, сюсюканья, которые так раздражают, — тоже проявление добрых чувств.

Что же все-таки известно из этих писем? У Серафимы Семеновны диабет, и Катя послала ей «печатный лист» относительно диеты. Была, видимо, дача на Клязьме, куда Катя отправила одну из открыток. Дача зимняя — в апреле они уже там жили. «Группа с Банашами и Танкелем»? В справочниках Банашей я не нашла. А Танкель Иосиф Яковлевич есть: купец, готовое платье и дамские шляпы. Значит, и лечиться ездили компанией. Наконец, Татьяна и Герасим, которым велено кланяться. Эти имена я знала: экономка и помощник по хозяйству, практически члены нашей семьи.

А вот Марушка… Может, Маврик, брат Серафимы Семеновны? Еще один мой двоюродный прадед. Но по самым приблизительным подсчетам, ему не меньше сорока пяти лет. Вряд ли в этом возрасте он занимался велосипедным спортом, хотя кто знает?! Думаю, речь о другом Марушке, который моложе. Вообще послание какое-то личное: Катя уже посылала ему «отдельно открытку», теперь упрекает (не ругает!), что он не ответил. И подпись: «Твоя Катя».

Возможно, на фотографии, сохранившейся в доме, и запечатлен тот Марушка, на старте велосипедистов на ипподроме, который был построен на Ходынском поле. Или фотограф обратил внимание не на Марушку, а на рекламный щит: «Костюмы, фуфайки и чулки для велосипедистов. Цены вне конкуренции»? Эти спортивные вещи начал продавать Торговый дом «М. и И. Мандль». Помещался он на Тверской, в доме Филиппова: «Платья готовые. Портновские заведения». У прадеда, как известно, мануфактурные товары. Наверняка сотрудничали!

Велосипед в те годы — целая история! Московское общество велосипедистов-любителей было создано в 1884 году. Потом появился клуб велосипедистов. Две основные трассы — Петровский парк и Сокольники. Генерал-губернатор Москвы князь В. А. Долгоруков разрешил ездить по этим местам, считавшимся загородными, в течение суток, а по городским бульварам — только с сумерек до восьми утра, и то кроме боковых аллей. И вдруг недовольство публики в Петровском парке: лошади экипажей пугаются света велосипедных фонарей. Полицмейстер генерал-майор Е. К. Юрковский, получив десятки жалоб, отправил их князю Долгорукову. Пришлось тому вновь заниматься велосипедным делом.

16 марта