Десять лет в изгнании

⁷⁶⁰ Граф Александр Сергеевич Строганов (1733-1811), с 1800 г. президент Императорской Академии художеств, меценат и коллекционер, владел выдающимся собранием произведений искусства. А. С. Строганов скончался меньше чем за год до приезда Сталь в Петербург, 27 октября 1811 г. В Петербурге Сталь общалась с женой его сына и наследника Павла Александровича (1774-1817), графиней С. В. Строгановой (см. примеч. 821). Сам П. А. Строганов летом 1812 г. находился в армии — командовал сводной дивизией, входившей в состав 3-го корпуса генерал-лейтенанта Тучкова 4-го, которого Строганов заменил после его гибели в Бородинском сражении. Строгановская дача располагалась в Новой Деревне, между Большой Невкой и Черной речкой; Сталь побывала там 22 августа, после посещения Екатерининского института (см.: Carnets. Р. 304). «В саду Строганова хранились замечательные произведения искусства: две большие мраморные статуи Геркулеса и Флоры Фарнезских, стояли они по сторонам террасы дома; затем древняя фигура точильщика [...] При входе к даче на берегу лежали два сфинкса, а по бокам ступеней — два больших кентавра, затем несколько мраморных ваз, и на пруду перед газоном была фигура Нептуна с трезубцем» (Пыляев. С. 21). В «Путевом дневнике» отмечены особо две достопримечательности строгановской дачи: «индийский идол» и «греческая гробница» (Carnets. Р. 304; об этом античном саркофаге см.: Пыляев. С. 21). Строгановский сад был открыт для публики: «Летом не только что позволено каждому туда входить, но радушный граф учреждает в оном по воскресеньям и праздникам для охотников музыку и танцованье» (Георги И. Г. Описание российско-императорского столичного города Санкт-Петербурга. СПб., 1996. С. 144). Что касается угощения, оно не было совсем бесплатным, однако обходилось посетителям очень дешево: «В саду не было ни кофейни, ни трактира; графские люди продавали все съестное и питейное, и очень дешево, потому что запасались провизией из графских кладовых. В одной стороне сада была устроена галерея для танцев [...] Вокруг галереи были разбиты палатки, в которых можно было иметь кушанье и напитки» (Пыляев. С. 20).