Дива Никотина. История о том, как табак соблазнил мир

Испания была слабым звеном в континентальной блокаде — английские корабли вполне могли высадить десант на испанских берегах. Наполеон сумел усилить блокаду после того как испанцы, увлекшись нескончаемой борьбой за трон, приняли его брата в качестве кандидата. Генералы решили спор в его пользу, в Испании был объявлен новый король, и Жозеф Бонапарт стал править оккупированной Францией страной.

Одна из французских армий для поддержания уважения испанцев к новому монарху была расквартировала в Андалузии, где солдатам были доступны изделия Севильской табачной фабрики. Ассортимент фабрики расширился от нюхательного табака XVIII века до трех типов сигар и необработанного tobacco picado. Новые изделия были связаны с переменами в потреблении табачной продукции: колониальное курение понемногу вытесняла в Испании привычку нюхать табак.

Несмотря на то, что испанское духовенство неизменно поддерживало нюханье табака как наиболее благоразумную форму его употребления, а курение, т. е. пребывание с сигарой во рту, вероятно, считало унизительным для достоинства, испанские богатые сословия стали любителями сигар, которые они курили открыто, позабыв о их языческом происхождении. Их потребление поощряло и исконно андалузское развлечение — бой быков, модное здесь зрелище, с непременной для идальго сигарой. Фабрика производила три разновидности сигар, различающиеся величиной и ценой. Самой маленькой и дешевой была «Кадис», кончики которой были перевязаны белой нитью, за ней следовала «Папантес» — средних размеров с красной нитью, самой большой и дорогой была «Пурос» — ее предпочитала элита, включал короля Фердинанда VII. после отречения которого королем стал Жозеф Бонапарт.

Офицеры французской армии, захватившие Андалузию, курили «Пурос» — самое изысканное предложение Фабрики, а солдаты были без ума от  «Папантеса» и «Кадиса», но и офицеры и солдаты игнорировали последнюю разновидность табака, изготавливаемого Фабрикой — tobacco picado (дословно «табачная крошка»), который курили испанцы-бедняки. Таким образом, когда табак распространился в Испании, его население (в основном сельское) выбрало курение и. подражая своим предшественникам ацтекам, курило табак, завернутый в лист кукурузного початка. Горожане заменили кукурузный лист бумагой и то, что у них получилось. назвали papelote. Раннее изображение papelote имеется в «Комете» Гойи (1778).

Papelote открывала самые разные возможности для курения табака. Когда табака было мало, можно было скручивать тонкие papelotes; если не было любимой курильщиками тонкой бумаги из Валенсии, брали страницу из книги или кусок газеты. Каждый самостоятельно скручивал себе papelote. и способов делать это было не меньше, чем курильщиков. Велись горячие и порой жестокие споры о том, какой из этих способ самый лучший.

Скручивая papelote, курильщик становился господином ее содержимого. Он мог раскрошить сигару и смешать ее с нюхательным табаком, мог использовать tobacco picado, мог добавить туда самые разные, порой противозаконные компоненты. С тех пор, как Соединенные Штаты стали независимыми, контрабандный табак потек в испанские бухты либо прямо через Атлантику, либо посредством британских кораблей, преодолевающих наполеоновскую блокаду. Цвет бледного вирджинского листа контрастировал с темным кубанским и южноамериканским табаком, которые импортировались официально и не вызывали подозрения в контрабанде. Нелегальный табак удавалось скрыть, только завернув в бумагу. Испанское правительство, теряя доход, ответило на угрозу своей монополии ударом. В 1801 году именем короля был введен закон, в котором порицалась неблагодарность подданных, ради которых были построены табачные фабрики, и запрещалось потребление «белого» (то есть завернутого в бумагу) табака. Новый запрет стал дополнением к закону в поддержку королевской монополии, согласно которому выращивание, импорт, продажа и покупка чужеземного табака каралось штрафом, избиением и заключением в тюрьму. Закон 1801 года оказался неэффективным, и в 1802 году выходят новые запреты, за нарушение которых предусматривались особо жестокие наказания: пойманного при продаже «белого табака» избивали плетью; государственного служащего, который курил запрещенный табак, увольняли с работы; пеона или батрака, застигнутого с papelote во рту, ожидала (по решению судьи) ссылка или два года тяжелых работ: если закон нарушала женщина, ее отдавали в монастырь или в психиатрическую лечебницу сроком до четырех лет.