Дом Цепей

— Понял. Ну, это квонский дромон старого, до-имперского стиля. Хотя почти все дерево и детали с Плавучего Авалю. Знаешь о таком?

— Мифический остров у берегов Квон Тали. Дрейфующий, населенный демонами и призраками.

— Не мифический, и он действительно дрейфует, описывая что-то вроде извитого круга. Насчет демонов и призраков… что ж… — он подошел к брезенту, — вряд ли они так уж страшны.

Жемчуг сдернул покрывало.

Отрубленные головы были тщательно сложены лицами наружу. Глаза заморгали, фиксируя взгляды на Жемчуге и Лостаре. Блеск сырой крови.

— Как скажешь, — хрипло бросила Лостара, отступая.

И сам Жемчуг казался потрясенным, словно он ожидал увидеть не совсем это. Долгое мгновение спустя он нагнулся, коснувшись кончиком пальца лужи крови. — Еще теплая…

— Но… но это невозможно.

— Как и то, что проклятые штуки еще думают, или по крайней мере живут? — Он поглядел на нее и взволнованно махнул рукой. — Этот корабль — магнит. Тут слои и слои колдовства, впитавшиеся в дерево, в каркас. Оно давит на меня, будто тысяча плащей.

— Неужели? Ничего не чувствую.

Он блекло глянул на нее и снова посмотрел на груду отрубленных голов. — Не демоны, не призраки, сама видишь. Почти все Тисте Анди. Несколько квонцев-матросов. Идем, изучим каюту капитана — магия волнами течет оттуда.

— Что за магия, Жемчуг?

Тот уже двинулся к люку. Легкомысленный взмах руки. — Куральд Галайн, Телланн, Куральд Эмурланн, Рашан… — Он замолчал, резко повернувшись. — Рашан. А ты ничего не чувствуешь?

Она дернула плечом. — Там еще… головы… в трюме, Жемчуг? Думаю, я не…

— За мной, — рявкнул он.

Внутри — черное дерево, воздух густ и полон отзвуками насилия. Труп серокожего варвара пришпилен к капитанскому креслу тяжелым копьем. Другие тела повсюду, их словно сгребли, изломали и разбросали по сторонам.

Низкую каюту заполняло тусклое, не имеющее видимого источника свечение. Кроме пятен на полу. Лостара поняла, что там рассыпали отатараловую пыль. — Не Тисте Анди, — бормотал Жемчуг. — Должно быть, Тисте Эдур. Ох, здесь полно тайн. Геслер рассказал о команде на веслах. Безголовые тела. Бедные Тисте Анди на палубе. Но интересно, кто убил Эдур…

— И как это приблизит нас к следу Фелисин?

— Она была здесь, не так ли? Видела все это. У капитана был свисток на шее, он пользовался им для управления гребцами. Жаль, что он пропал.

— И без свистка корабль застрял тут.

Жемчуг кивнул. — Очень плохо, правда? Вообрази корабль с командой, которой не нужна еда, не нужен отдых. Которая не бунтует.

— Можешь забирать себе. — Лостара повернулась к двери. — Ненавижу корабли. Всегда ненавидела. А этот покидаю немедля.

— Не вижу причины отставать. Впереди долгий путь.

— Неужели? И куда?

— «Силанда» прошла через садки от места, где ее нашел Геслер, и снова появилась в нашем мире. Можно догадаться, что она пересекла материк от севера Отатаральского моря до Аренской гавани. Если Фелисин, Геборик и Боден спрыгнули по пути, они могли появиться где угодно по этой линии.

— Оказавшись в гуще мятежа.

— Учитывая, где им пришлось побывать, они могли счесть мятежные земли намного менее жутким местом.

— Пока не наткнулись на банду разбойников.

* * *

Девятая рота капитана Кенеба была созвана, чтобы произвести три построения на плацу. Предупреждений не было: просто явился офицер и приказал солдатам идти за ним скорым шагом.

Вначале вышли Первый, Второй и Третий взводы. Тяжелая пехота, всего тридцать солдат в чешуйчатых панцирях с кольчужными рукавами, в латных перчатках, с прямоугольными щитами и длинными мечами, тупые копья прикреплены за плечами, на головах шлемы с забралами и боковыми пластинами, «хвостами омара» сзади, у поясов кинжалы и корды.

Дальше пошла морская пехота. Четвертый, Пятый и Шестой взводы Ранала. За ними двигалась масса средней пехоты, от Седьмого до Двадцать Четвертого взводов. Доспехи тут были чуть полегче, чем у «панцирников», и солдаты были обучены работать копьями, стрелять из коротких и длинных луков. Каждая рота должна была действовать отдельно, опираясь на свои силы и взаимную поддержку.

Стоя перед взводом, Сержант Смычок изучал Девятую. Первое построение в качестве особой боевой единицы. Они ждали Адъюнкта в почти стройных рядах, говорили мало; ни один не пришел без мундира или оружия.

Быстро спускалась темнота, воздух стал благословенно холодным.

Лейтенант Ранал уже давно ходил взад и вперед перед строем морпехов. Чисто выбритые щеки лоснились от пота. Наконец он замер напротив Смычка.

— Ладно, сержант, — прошипел офицер. — Твоя идея, так?

— Сэр?

— Треклятые костяшки пальцев! Они появились у твоего взвода первыми — как будто я такого не замечаю. Теперь я слышу от капитана, что обычай распространился по всему легиону. В целом городе разграблены могилы! Скажу тебе так… — Он подошел близко, продолжив хриплым шепотом: — Если Адъюнкт спросит, кто ответственен за плевок ей в лицо, я не повременю и укажу на тебя.

— Плевок в лицо? Лейтенант, вы бешеный идиот. Ого, кучка офицеров вышла из ворот. Советую занять место, сэр.

Темный лицом от ярости Ранал занял пост перед тремя взводами.

Адъюнкт была впереди свиты.