Допеть до победы! Роль песни в советском обществе во время Второй мировой войны

В качестве примера можно привести судьбу знаменитой впоследствии Галины Вишневской. Она родилась в 1926 году, и, когда началась война, ей было 15 лет. Она жила в городе Кронштадте на острове недалеко от Ленинграда, где находится военно-морская база. Ее родственники эвакуировались, а она осталась в Кронштадте и едва пережила ужасную зиму 1941–1942 годов. Весной 1942 года ее, обессилевшую от голода, обнаружили в квартире и зачислили в отряд противовоздушной обороны, состоявший из 400 женщин, который из-за серо-голубых комбинезонов в шутку называли «голубая дивизия». Обладая голосом от рождения, Галина с джазовым оркестром воинской части, расквартированной по соседству, стала выступать на кораблях, в фортах вокруг Кронштадта, в землянках. Как она пишет в своих воспоминаниях: «Была у меня всего лишь пара платьишек, да ведь бедному одеться – подпоясаться, главное-то украшение – глаза блестят» [Вишневская 1991: 22]. В конце 1943 года Вишневская переехала из Кронштадта в Ленинград и устроилась на работу в Выборгский дворец культуры помощником осветителя, стала посещать театр. В сентябре 1944 она поступила в труппу Ленинградского областного театра оперетты, которым руководил Марк Рубин. Она получала 70 рублей в месяц при норме 20 спектаклей и 1 рубль 50 копеек в сутки командировочных, когда театр выезжал на гастроли. Примадонна получала 120 рублей. В труппе было 40 человек, включая инструментальный ансамбль из шести музыкантов. «Театр разъездной, поэтому мы всегда в дороге. Разъезжаем по воинским частям Ленинградской области. Немцы отступили от Ленинграда, оставляя за собой развалины: Новгород, Псков, Волхов сровняли с землей. По едва остывшим пожарищам двигается вслед за армией наш театр». Об условиях работы певица вспоминала: «Спим вповалку, где придется. Умывальных, уборных нет – все на улице в 30-градусный мороз. Декорации – самые примитивные, чтобы можно было играть на любой площадке. Играем в промерзлых клубах: на стенах снег, солдаты и матросы – в шинелях, в шапках». Играли по 20–25 спектаклей в месяц – то «Сильву», то «Веселую вдову». Вишневская выходила в хоре или сидела в кулисе и слушала спектакли, так выучила весь репертуар, за всех актеров. А через три месяца актриса на амплуа субреток сломала ногу, и Вишневская ее заменила. Этот театр стал для нее профессиональной и жизненной школой, о которой она писала: