Читаем Допеть до победы! Роль песни в советском обществе во время Второй мировой войны полностью

Композиторы также жертвовали своей жизнью. Среди ленинградцев, погибших от голода в первую блокадную зиму, значится 21 член Ленинградского отделения Союза композиторов [Garrard 1990: 61–63]. К 1943 году 20 композиторов погибли на фронте, в городе оставалось только 30. В первые месяцы войны в общей сложности 58 композиторов, входивших в состав Ленинградского, Московского, Украинского отделений Союза композиторов, ушли на фронт. К концу войны погибли не менее 5 % композиторов из предвоенного списочного состава творческого союза. Среди членов Музфонда процент погибших выше и составляет почти 9 % (не все члены Музфонда являлись также членами Союза композиторов. Например, студенты составляли большую группу лиц, которые входили в первую организацию, не будучи членами второй). Некоторые композиторы оказались на захваченной немцами территории или пропали без вести [Tbmoff 2006: 74–75]. Композиторы могли получить отсрочку или освобождение от призыва, но, по словам Томоффа, студентам военкоматы предоставляли отсрочку неохотно. Правда, после призыва их могли направить в специальные музыкальные подразделения.

Творческие союзы не являлись единственным звеном, соединявшим создателей песен с системой распространения. Главная обязанность творческого союза заключалась в том, чтобы обеспечивать определенный уровень качества произведений и соответствие их содержания идеологическим установкам, спущенным сверху. При этом, хотя союзы формально являлись независимыми творческими объединениями, они, как и множество других организаций, связанных с созданием и дистрибуцией песен, играли отнюдь не главную роль в процессе. После того как песня была написана, ее дальнейшая судьба не зависела целиком и полностью от соответствующих союзов. Скорее, вышестоящая структура координировала обязанности вовлеченных в процесс распространения организаций. Единственное исключение из этой практики отбора и распространения новых песен можно обнаружить в первые месяцы войны. Томофф установил, что Оргкомитет ССК контролировал не только обычные комиссии с их заседаниями, но также в целях распространения песен взял под свою юрисдикцию Радиокомитет и музыкальное издательство «Музгиз». Это положение сохранялось до осени 1941 года, пока заведующий Отделом культуры ЦК ВКП(б) Д. А. Поликарпов не предложил отделить Радиокомитет и «Музгиз» от ССК, чтобы усилить эти организации. Композиторам из ССК было предписано сотрудничать с остальными организациями [Tomoff 2006: 81–82]. Кроме того, Оргкомитет занимался оказанием помощи композиторам, необходимой при эвакуации, а также своей собственной эвакуацией в Свердловск и, видимо, не возражал против подобной реорганизации.

Еще одно учреждение, которое играло важную роль в жизни авторов песен – как композиторов, так и поэтов, – это Всесоюзное управление по охране авторских прав, которое занималось регистрацией авторских прав и начислением гонораров за публичное исполнение всех видов драматических, музыкальных и других произведений. Оно было создано в 1938 году и находилось в ведении Комитета по делам искусств при СНК СССР. Компетенция ВУОАП включала: защиту авторских прав композиторов, драматургов, писателей, взимание на местах авторского гонорара за публичное исполнение произведений, в том числе песен, выдачу взимаемых сумм авторам, оказание авторам юридической помощи в вопросах авторского права [Tomoff 2006: 227–229]. Нормы авторского права, согласно исследованию Томоффа, соблюдались в лучшем случае частично и непоследовательно, особенно во время войны. Иногда популярные авторы песен, чьи произведения звучали в фильмах или исполнялись на концертах по всей стране, получали очень большие гонорары, что могло вызывать недовольство у тех авторов, которые создавали крупные произведения, затрачивали на них много времени и не могли писать часто. Финансовая сторона деятельности творческих союзов в тот период отличалась сложностью и запутанностью. Материальное благосостояние композиторов и поэтов зависело от Музфонда, Литфонда, ВУОАПа, Оргкомитета Союза, при этом имел место в высшей степени дифференцированный подход к авторам.

Партийные и государственные органы

Перейти на страницу:

Все книги серии Современная западная русистика / Contemporary Western Rusistika

Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст
Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст

В этой книге исследователи из США, Франции, Германии и Великобритании рассматривают ГУЛАГ как особый исторический и культурный феномен. Советская лагерная система предстает в большом разнообразии ее конкретных проявлений и сопоставляется с подобными системами разных стран и эпох – от Индии и Африки в XIX столетии до Германии и Северной Кореи в XX веке. Читатели смогут ознакомиться с историями заключенных и охранников, узнают, как была организована система распределения продовольствия, окунутся в визуальную историю лагерей и убедятся в том, что ГУЛАГ имеет не только глубокие исторические истоки и множественные типологические параллели, но и долгосрочные последствия. Помещая советскую лагерную систему в широкий исторический, географический и культурный контекст, авторы этой книги представляют русскому читателю новый, сторонний взгляд на множество социальных, юридических, нравственных и иных явлений советской жизни, тем самым открывая новые горизонты для осмысления истории XX века.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов , Сборник статей

Альтернативные науки и научные теории / Зарубежная публицистика / Документальное
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века

Технологическое отставание России ко второй половине XIX века стало очевидным: максимально наглядно это было продемонстрировано ходом и итогами Крымской войны. В поисках вариантов быстрой модернизации оружейной промышленности – и армии в целом – власти империи обратились ко многим производителям современных образцов пехотного оружия, но ключевую роль в обновлении российской военной сферы сыграло сотрудничество с американскими производителями. Книга Джозефа Брэдли повествует о трудных, не всегда успешных, но в конечном счете продуктивных взаимоотношениях американских и российских оружейников и исторической роли, которую сыграло это партнерство.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Джозеф Брэдли

Публицистика / Документальное

Похожие книги

111 опер
111 опер

Предлагаемый справочник-путеводитель продолжает традицию СЃР±РѕСЂРЅРёРєР° В«50 опер» (в последующих изданиях — В«100 опер»), задуманного более 35 лет назад видным отечественным музыковедом профессором М. С. Друскиным. Это принципиально новый, не имеющий аналогов тип справочного издания. Просвещенным любителям музыки предлагаются биографические сведения и краткая характеристика творчества композиторов — авторов опер, так и история создания произведения, его сюжет и характеристика музыки. Р' изложении сюжета каждая картина для удобства восприятия выделена абзацем; в характеристике музыки определен жанр, указаны отличительные особенности данной оперы, обращено внимание на ее основные СЌРїРёР·РѕРґС‹, абзац отведен каждому акту. Р' СЃРїРёСЃРєРµ действующих лиц голоса указаны, как правило, по авторской партитуре, что не всегда совпадает с современной практикой.Материал располагается по национальным школам (в алфавитном порядке), в хронологической последовательности и охватывает всю оперную классику. Для более точного понимания специфики оперного жанра в конце книги помещен краткий словарь встречающихся в ней музыкальных терминов.Автор идеи М. ДрускинРедактор-составитель А. КенигсбергРедактор Р›. МихееваАвторский коллектив:Р". Абрамовский, Р›. Данько, С. Катанова, А. Кенигсберг, Р›. Ковнацкая, Р›. Михеева, Р". Орлов, Р› Попкова, А. УтешевР

Алла Константиновна Кенигсберг , Людмила Викентьевна Михеева

Культурология / Справочники / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Время, вперед!
Время, вперед!

Слова Маяковского «Время, вперед!» лучше любых политических лозунгов характеризуют атмосферу, в которой возникала советская культурная политика. Настоящее издание стремится заявить особую предметную и методологическую перспективу изучения советской культурной истории. Советское общество рассматривается как пространство радикального проектирования и экспериментирования в области культурной политики, которая была отнюдь не однородна, часто разнонаправленна, а иногда – хаотична и противоречива. Это уникальный исторический пример государственной управленческой интервенции в область культуры.Авторы попытались оценить социальную жизнеспособность институтов, сформировавшихся в нашем обществе как благодаря, так и вопреки советской культурной политике, равно как и последствия слома и упадка некоторых из них.Книга адресована широкому кругу читателей – культурологам, социологам, политологам, историкам и всем интересующимся советской историей и советской культурой.

Валентин Петрович Катаев , Коллектив авторов

Культурология / Советская классическая проза