Дорогая мамочка. Война во Вьетнаме глазами снайпера

— Следуйте за нами! — рявкнул один из них. Пока мы близко двигались за их джипом, Рэнди казался слишком спокойным. Поскольку мы все были морскими пехотинцами, они отвезли нас в штаб берегового патруля и передали нас им. Когда они спросили, к какому подразделению мы относимся, нас сразу же разделили. Рэнди и Барри отвели на скамейку в задней части комнаты, мне же приказали стоять у телефона возле входа, а лейтенант прождал сорок пять минут, пока наконец не связался с моим шкипером в Ан-Хоа. Он кратко рассказал всё, повесил трубку, пошел в крайнюю комнату и вернулся с головным убором и зеленой футболкой.

— Вы должны успеть сесть на ближайший вертолет до Ан-Хоа. Я попрошу кого-то отвезти вас на ближайшую посадочную площадку.

— Лейтенант, мне нужно переговорить с ланс-капралом Петерсоном буквально минутку.

— Хорошо, только по-быстрому.

— Лейтенант, мне нужен карандаш и бумага.

— О, Господи! Что-нибудь ещё, снайпер?

Я поспешил к Рэнди и опустился на колени.

— Мне нужен пароль от твоего шкафчика, чтобы забрать винтовку. Мне нужно возвращаться в Ан-Хоа.

Я написал номер и спросил, все ли в порядке.

— Конечно, нас все время ловят.

— Спасибо, что сказал, Рэнди, и спасибо тебе за хорошо проведенное время. Ребята, а что они с вами будут делать?

— Эээ, ну, они заставят нас посидеть на этой холодной скамье еще пару часов, а потом нам придется доставить джип полковнику. Не беспокойся.

— У нас мало времени, Рэнди, если я не смогу вернуться, чтобы повидаться с тобой — увидимся тогда уже дома. И с тобой тоже, Барри.

— Будь жив.

— Спасибо, ребята, вы тоже.

Я сменил свою футболку и пошел к береговому патрулю для маленькой поездки на посадочную площадку. Дежурный сержант сообщил мне, что, согласно моим приказам, я поз дно возвращаюсь в свое подразделение, и мне придется чистить сортиры и сжигать дерьмо весь остаток дня. Я положил винтовку на его стол.

— Вы же позаботитесь о ней, не так ли, сержант? — и получил вполне ожидаемый красноречивый взгляд, когда использовал винтовку для того, чтобы заставить кого-то думать.

Я подошел к морпеху, который стоял возле пятидесятипятигаллоной бочки, разрезанной пополам и на две трети наполненной дерьмом, мочой и дизельным топливом. Мы засунули брусья через отверстия, прорезанные с каждой стороны, и понесли ее вниз по склону, чтобы поджечь. Мы просто стояли там и наблюдали, как из бочки выплывает черный тяжелый дым и пламя.

Дерьмо еще не было сожжено и наполовину, когда ко мне пришел сержант с моей винтовкой. Он держал ее так, как будто мог поймать от нее какую-то смертельную заразу.

— Там сейчас будет вертолет, который делает две остановки, прежде чем доберется в Ан-Хоа. Он отправляется через пятнадцать минут.

Я взял винтовку, а сержант резко развернулся и быстро вернулся в бункер.

В Ан-Хоа мы с Ферджи обменялись приветствиями, он склонился над столом и посмотрел мне в глаза.

— Старик устал от всех этих телефонных звонков со всех концов ада и вытаскивания тебя из различных проблем. Я удивлен, как он тебя еще не разжаловал.

Я знал, что сейчас уже не смогу выйти сухим из воды, поэтому спросил:

— Что он собирается делать?

— Это хуже, чем быть разжалованным. Он отправляет тебя на высоту 65.

— О нет, ганни, скажи мне, что это шутка.

— Никаких шуток. Там уже находится две команды, и ты будешь отвечать за них. В последнее время в том районе противник ведет себя очень активно, так что поработаешь так, как сочтешь нужным. Да, и это не приказ, но я рекомендую тебе обходить тамошнего полковника стороной.

Я откинулся на спинку стула и потер виски. Ганни просто смотрел на меня с большой, зловещей улыбкой.

* * *

Снайперы-разведчики,

Ан-Хоа / высота 65,

18 января 1970 г.