Древняя Русь. IX век - 1263 г.

Под 862 годом в летописи говорится, что варяги были изгнаны за море. Освободившиеся от дани племена стали самостоятельными. «И не было у них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать между собой». Тогда, собравшись, представители разных племен решили: «Поищем себе князя, который владел бы нами и судил по ряду, по праву». Так впервые была сформулирована мечта о русском правовом государстве. Для ее осуществления отправились за море к варягам, но не к свеям или урманам, а к тем, которые звали себя русь. Тут представителями чуди, словен и кривичей были произнесены знаменитые слова призвания: «Земля наша велика и обильна, но наряду (порядка) в ней нет. Придите княжить и владеть нами». Тогда избрались три брата и взяли с собой «всю русь». Старший — Рюрик сел сначала в Ладоге, потом в Новгороде у словен, второй брат, Синеус, в Белоозере у веси, третий — Трувор — в Изборске у кривичей. С тех пор в России варягами называют тех, кого призвали на помощь со стороны.

2. Готлиб Байер, начало русской исторической науки и «норманская теория»

Историки прилагают немало сил для того, чтобы отыскать историческое зерно в летописном предании о призвании варягов. Первым из них был немецкий академик-востоковед Готлиб Байер (1694–1738), один из создателей отечественной исторической науки, приглашенный из Кенигсберга (нынешнего Калининграда) в Петербург в 1720-е гг. Байер порвал с библейской средневековой традицией, которой следовали летописцы, возводившие все народы к потомкам сыновей Ноя, в том числе с представлением о том, что Москва и «московиты» восходят к Мосоху, сыну Иафета. Однако развенчивая этих средневековые стереотипы, ученый-востоковед, не знавший русского и скандинавских Языкову отнесся с недоверием и к летописным именам первых варяжских князей. Он предложил собственную «кабинетную» этимологию этих имен: Рюрик пришел в Новгородскую землю не с братьями, с «домом и верной дружиной» («сине хус» и «тру вард»). С тех пор любители огульного отрицания исторических основ летописного текста, давно забыв о Байере, повторяют его интерпретацию княжеских имен, а летописную легенду изображают тенденциозной выдумкой — «норманской теорией» у не соответствующей чисто «славянской» истории Руси.

Между тем история с именами первых князей гораздо интереснее: имена действительно имеют скандинавское происхождение у но в русском княжеском роду сохранилось лишь одно из них — Рюрик (о князьях с этим именем еще пойдет речь). Его братья, как сказано в летописи, умерли через два года после призвания, не оставив потомства… Из последующей истории русского княжеского рода мы знаем, что смерть соперников, претендовавших на власть над Русской землей, не была случайной. Но летописное предание молчит об обстоятельствах исчезновения Синеуса и Трувора.

Призвание варяжских князей описано в летописи под 862 г., который условно был принят как год основания Древнерусского государства: в Новгороде, где обосновался старший русский князь — Рюрик, в 1862 г. был поставлен памятник «Тысячелетию России». По византийским источникам, русь уже летом 860 г. осадила Царьград: Нестор был неточен в хронологии. Можно ли доверять и его утверждению о том, что от варягов — призванной руси — прозвалась Русская земля?

3. Бертинские анналы

Другой летописец — франк Пруденций, писавший свои анналы на два столетия ранее Нестора, в конце IX в., подтвердил правдивость русской летописи. Он описывает первое появление руси под 839 годом — это самое раннее точно датированное упоминание руси. Пруденций рассказывает, как ко двору императора франков Людовика Благочестивого прибыло посольство от императора Византии Феофила. В составе этого посольства были люди, называвшие себя «рос». Их правитель — каган — отправил их в Константинополь к Феофилу для заключения договора о дружбе, но обратный путь им преградили враждебные племена. Росы просили пропустить их через земли франков на родину. Людовик, однако, решил проверить, что это за народ. Его подозрительность имела все основания. Расследование выяснило, что в действительности росы были-то происхождению свеями — шведами. Франкский император всю жизнь сражался со скандинавами, которых в Западной Европе звали норманнами — «северными людьми», а в Восточной — варягами. Сами себя скандинавские воины называли викингами — участниками «вика», похода на морских судах, кораблях. Правитель франков опасался, что росы — не кто иные, как разведчики. Об этом он и написал Феофилу, задержав у себя росов.

Неизвестно, что случилось дальше с русскими послами, но очевидно, что руси хорошо стал известен путь на Константинополь. Через двадцать лет, в 860 году, флот «народа рос» внезапно появился у самых стен столицы Византии, и город, по словам византийского патриарха Фотия, «едва не был взят на копье».