Другая история науки. От Аристотеля до Ньютона

Риччи задолго до приезда в Пекин понял, что один из способов получить влияние в Китае — это выправить китайский лунный календарь, который в течение почти четырех столетий находился в запущенном состоянии. Правила, по которым производились необходимые вычисления, были давно уже утеряны (а были ли они вообще?); проводились лишь чисто эмпирические замеры, которые давали большие ошибки. Ввиду того, что почти каждое важное событие в Китае приурочивалось к календарным вехам, календарь был своего рода политическим инструментом, а летосчисление — весьма серьезной и проблематичной сферой.

В своем письме в Рим в 1605 году Риччи жаловался:

«У меня нет ни одной книги по астрологии, но с помощью определенных умозаключений и португальских альманахов я иногда предсказываю затмения более точно, чем они … Если бы математики … приехали сюда, мы могли бы перевести наши таблицы на китайский язык и исправить их год. Это укрепило бы нашу репутацию, шире открыло бы ворота в Китай и дало бы нам возможность жить более защищено и свободно».

Эта просьба была выполнена уже после смерти миссионера.

Друг Риччи, китаец Сюй Гуанчжи (крещеный как Павел), блестящий ученый, выдержав государственный экзамен на занятие места в императорской Академии, смог претендовать на пост официального историка, составителя императорских указов или же, что было намного важнее для Риччи, — на пост учителя императорских детей. Вдвоем Риччи и Сюй перевели на китайский язык «Элементы» Евклида. Из всех знакомых Риччи только Сюй и еще один обращенный, Ли Шицзао, смогли овладеть предметом.

Ли Шицзао (крещеный как Лев) служил в Министерство общественных работ в Пекине. Он был географом старой традиции; карты Риччи открыли ему глаза на географическую реальность. Именно ради него Риччи сделал грандиозную настенную проекцию карты под два метра высотой и о шести панелях, отображавшую глобальный образ Земли. Он также перевел одну из книг Клавия и ввел в культурный оборот в Китае книгу англичанина Джона Холирудза «Трактат о сферах». К этому трактату Риччи написал стихотворение, озаглавленное «Трактат о созвездиях», в котором двадцати восьми созвездиям китайского неба давались четкие характеристики в форме легко запоминающихся рифмованных строк. А ведь по традиционными представлениям в Китае все это давным-давно знали.

В 1610 году Риччи умер. Стела над его могилой гласила:

«Человеку, который приобрел известность за справедливость и написал прекрасные книги. Ли Мадоу, человеку с Великого Запада. Воздвиг Хуан Чи-ши, губернатор столичного города Пекина».

Эта история имеет продолжение.

В 1620 году Павел Сюй сумел пригласить португальских заводчиков — производителей пушек, чтобы вооружить китайские армии современным оружием и оказать отпор маньчжурам, но общественное мнение в Китае по-прежнему противодействовало всему, что делалось иностранцами, и производители были высланы. Сами китайцы производить пушки не умели.

Чиновник Чу Шису (крещеный как Томас) в 1628 году представил императору доклад с просьбой разрешить ему изучать западное искусство литья пушек и другого оружия. Он сообщил, что в 1619 году уже было добыто четыре иностранные пушки. Таким образом, Мины стремились получить европейские пушки для защиты против маньчжур. Позже, в последние годы правления династии Мин, не только иезуиты, но и другие иностранцы приезжали в Пекин чтобы делать оружие, и для службы в китайских войсках.

В 1639 году иезуит Франсискус Самбиасо преподнес императору много подарков, включая часы, бинокли, карты, орган, зеркало и попугая. Он представил доклад, обращающий внимание на необходимость располагать хорошим календарем, разрабатывать различные руды, развивать межгосударственную торговлю и покупать западное оружие. В сущности, это была программа модернизации Китая, однако император, занятый войной с маньчжурами, из всех рекомендаций заинтересовался только календарем и оружием.

Консерваторы возражали против применения западных научных приборов, говоря, что часы дороги и бесполезны, что пушки не уничтожают противника, а в первую очередь сжигают самого бомбардира, и что Китай на карте мира Маттео Риччи не находится в самом центре и недостаточно велик. Они даже возражали против западного изобразительного искусства.