Другая история Российской империи

Когда Зализняк подошёл к Умани, на сторону гайдамаков перешли казаки, котором поляки поручили руководить обороной. В результате этот центр польско-католической агрессии на южной Киевщине без сопротивления попал в руки повстанцев и началась страшная резня, известная в истории как «Уманская резня». Сколько при этом погибло католиков, униатов и евреев, точно неизвестно, но что они были уничтожены почти поголовно, не исключая женщин, детей и стариков, можно считать фактом установленным.

Киевщина и прилегающие районы Брацлавщины и Волыни были полностью оставлены поляками и евреями. Появились русские войска. Народ ждал окончательного освобождения и воссоединения с Россией, твёрдо веря, что именно для этого русские и пришли на Правобережье, – но, как и в 1734 году, был горько разочарован. Усмирив «Барских конфедератов» – объединение шляхтичей, выступавших против короля Станислава Понятовского и русской партии, – русские войска начали усмирять и отдавать на расправу полякам своих союзников, гайдамаков, нередко прибегая к неблаговидным способам для захвата их руководителей.

Так была убита в народе вера в справедливость русского царского правительства. Долго ещё в народных преданиях Правобережья передавалась обида за то, что, «русски цари не схотилы нас вызволыты пид ляхив за часив гайдамаччины».

С усмирением «гайдамаччины» Правобережье перестало сопротивляться польско-католической агрессии, которая быстрыми шагами вела край к полному национальному, социальному и религиозно-культурному порабощению. В конце XVIII века все помещики Правобережья были католики-поляки, а всё крестьянское население превратилось в крепостных. В это же время была предпринята вторая попытка возврата с Правобережья староверческого населения. В декабре 1762 года был издан Указ сената: «Всем живущим за границею российским раскольникам объявить, что им позволяется выходить и селиться особливыми слободами не только в Сибири, на Барабинской степи и других порожних и отдалённых местах, но и в Воронежской, Белгородской и Казанской губерниях». Им было обещано простить все «преступления», разрешить носить бороды и указные платья. Каждому обещали волю в выборе сословия, к какому кто себя отнесёт. Старообрядцы должны были платить раскольничий оклад, но им определялись и льготы от всяких податей и работ сроком на шесть лет.

Но эти обещания не привлекли ветковцев; поэтому сменившая Петра III Екатерина II решила вообще ликвидировать этот рассадник свободомыслия. В 1764 году генерал-майор Маслов двумя военными полками окружил Ветку и, захватив там около 20 тысяч душ обоего пола, проявил ещё большую жестокость, чем оно было в 1735 году, – без суда и следствия отправил всё население ветковских слобод на поселение в Сибирь. Впрочем, и в этом случае староверие в Ветке сохранилось; часть староверов осталась там, и дожила до XX столетия.

…Почти полтора столетия отдельной жизни под гнётом польско-католической агрессии не осталось без последствий. Весь высший, культурный слой народа, носитель национальных традиций и культуры, в результате окатоличивания и ополячивания исчез совершенно. Осталось только крепкое в своей вере и тяготении к единству всей Руси крестьянство, да кое-где низшее духовенство.

А когда уже в XIX веке началось возрождение украинской национальной мысли, культуры и литературного украинского языка – началось оно не на Правобережье и не в Галиции, а на том самом Левобережье, которое свободно жило и развивалось в составе Государства Российского.

Екатерина Великая

Униженная Швеция и уничтоженная Польша, вот великие права Екатерины на благодарность русского народа. Но со временем история оценит влияние её царствования на нравы, откроет жестокую деятельность её деспотизма под личиной кротости и терпимости, народ, угнетённый наместниками, казну, расхищенную любовниками, покажет важные ошибки её в политической экономии, ничтожность в законодательстве, отвратительное фиглярство в сношениях с философами её столетия – и тогда голос обольщённого Вольтера не избавит её славной памяти от проклятия России.

Жизнь деревни

Пришло время сопоставить многочисленные и многообразные источники, раскрывающие с разных сторон жизнь деревни, чтобы дать правдивый рассказ о русских крестьянах той поры. Сохранилось множество описаний современников, подробных ответов на программы различных научных обществ XIX века, решений общинных сходок, прошений, писем и других документов, по которым можно очень подробно представить жизнь старой деревни. Рассмотрим же некоторые из них, используя сведения, сообщённые в интереснейшей книге М. М. Громыко «Мир русской деревни».