Души человеческие: "чёрный меч" (СИ)

Йозеф тоже стал стрелять. Он прижал стальной язычок, и «уродец» в его ладонях стал ритмично дёргаться. Металл закряхтел, было чувство что он вот-вот и развалиться. Но юнец крепко сжал его, продолжить безудержно палить. Всего пара секунд и раздался предательский звон — магазин пуст, прямая металлическая коробочка пуста.

— Эй, — пихнул его солдат, — ты не дуркуй, стреляй очередями!

Из подсумка он вынул новый магазин и подсоединил, щёлкнув по кнопке и переведя оружие в режим стрельбы по три пули. Осталось ещё четыре обоймы. Йозеф не волновался насчёт защищённости — он спрятался за баррикадой из битых и обгоревших машин, его достанут разве что из миномётов. Возле него валятся торс врага, ноги где-то потерялись в разбросанных кусках асфальта, оторванных огнём арты.

Враги не остались в долгу. Они принялись отстреливаться — автоматы и винтовки затарабанили, нос стал щекотать неприятный запах пороха, в ушах всё звенело, медленно подбиралась глухота.

— Командир, какого чёрта! — орал в рацию сержант. — Арта не всё отработала! Тут ушлёпки Гереро!

— Снарядов не хватило, засранец! — крикнул в ответ лейтенант. — Не ссыкуй, прорывайся!

Мужик убрал станцию, снова прижавшись к энерговинтовке и пару раз выстрелив в врага. Прямой луч сверкнул как свет фонарика, даже обласкав кому-то грудь.

— Чёртов придурок ты, а не лейтенант! — фыркнул сержант, махнув солдатам. — Держитесь ослы, сколько там уродов?!

— Не менее пятнадцати! — крикнул какой-то воин. — У них пулемёт есть!

— Пока держим позиции!

Отделение в двенадцать бойцов рассредоточилось по укреплениям, за баррикадами и в укрытиях, продолжая стрелять. Огонь ни на секунду не останавливался, превратившись в плотную стену. Но долго статичная перестрелка не продлилась долго.

Позади послышался гул. Йозеф обернулся, увидел, как по дороге ехали большие коробчатые махины. Листы стали выкрашены в тёмно-зелёный цвет, наверху крутятся четыре ствола автоматического зенитного орудия. Гусеничный скрип перекликался с тракторным тарахтением мощных двигателей.

— Кавалерия здесь! — обрадовались солдаты.

БТРы направили башни и четыре ствола выдали сумасшедший шквал огня, оглушив всё живое неистовым рёвом. Приваренные зенитки направили целые огненно-яркие ленты, которые взрывали землю, вспаривали мешки и рвали плоть. За укреплениями раздались вспышки багровых облачков, к небу устремились вопли агонии и боли.

Перестрелка на этом участке фронта завершилась, стрелять больше не в кого. Люк отворился, и оттуда высунулась сначала голова, а потом и весь торс. Худощавый мужик в берете улыбнулся, показав ряд жёлтых зубов. А затем и все услышали его звонкую речь:

— Лейтенант нас кинул вам. Говорит, чтобы ты не говношился.

— Ах, позаботился всё же о нас чёрт старый, — перекинул за спину оружие сержант. — Спасибо вам. Что с артой?

— Да эти суки из армейского снабжения не подогнали снарядов вовремя, не хватило, чтобы всё тут вспахать. Теперь наши месят юг, перемалывая там всё. На эту часть города нет ничего.

— Бля, ублюдки из армии Ковенанта нас в могилу сведут. Если уж наняли, то выполняете договор.

— Ты знаешь, штаб экономит на всём. Что наша жизнь наёмника? Для армейского НШа[1] лучше пусть десяток наших сдохнет, нежели он грузовик со снарядами притаранит.

— Автомат ему в жопу! — командир поднял руку. — Ладно, давай. Нам дальше нужно двигаться. Если опоздаем, капитан неделю будет…, - мат скрыт за громов обстрелов.

На этот раз северные предместья города пощекотал «бог» войны. Штабные позиции и командные пункты наёмников и государственных войск поняли, что они нифига не в безопасности.

— Вот сука, ответили чем-то, — мужик стал нырять обратно в БТР. — Бывай. Ты ток не сдохни, как псина.

Йозеф помотал головой. Эти разговорчики, солдатская обстановка и кровь с порохом. Всё это было в новинку. Да, он хоть и работал в муниципальной полиции до этого, видел убийства, треш маньяков, жестокие разборки и ругань, но не в таком количестве. Это смущало, но нужно собрать всю волю в кулак и идти дальше.

Рекрут поплёлся за отрядом, целясь через скошенный прицел и вспоминая детали операции. Их Компанию наняли власти Южно-Апеннинского Ковенанта для подавления остатков мятежа, отчаянного выступления сеньора Гереро. Государство не могло в одиночку справиться с широким восстанием, охватившим весь юг бывшей Италии, призывная армия, полуразворованные склады и колоссальная некомпетентность не позволяли провести успешную операцию. Но на помощь пришли наёмники, которые и стали молотом, прорвавшим передовые позиции. По крайней мере это была официальная информация, которую транслировали в медиаполе страны.

Они подошли к месту, где размещались враги. Йозеф еле как удержался, чтобы не стошнило. Под ногами серый асфальт выкрашен в гадкий багрянец, разорванные тела валяются кусками уродливой плоти, перемешанной с песком и камнями. Рекрут поднял взгляд к небу, чтобы не видеть органов и торчащих костей. Зенитки превратили зону обороны в подобие кошмара.