Дзержинский. От «Астронома» до «Железного Феликса»

Вместе с тем, учитывая тот факт, что основой вооруженных сил восставших стал боевой отряд ВЧК под руководством Попова, а также что террористами, убившими германского посла, были члены ВЧК Блюмкин и Андреев, Дзержинский до выяснения всех обстоятельств подал в отставку с поста председателя ВЧК. 7 июля он написал заявление: «Ввиду того, что я являюсь, несомненно, одним из главных свидетелей по делу об убийстве германского посланника графа Мирбаха, я не считаю для себя возможным оставаться больше в Всероссийской Чрезвычайной комиссии… в качестве ее председателя, равно как и вообще принимать какое-либо участие в комиссии. Я прошу Совет Народных Комиссаров освободить меня от работы в комиссии»[858].

Новым председателем стал Я. Петерс. Практика расстрелов ВЧК при Петерсе резко пошла вверх. В июле 1918 г. чрезвычайными комиссиями было расстреляно более 160, а в августе — 400 человек. Таким образом, за июль ЧК расстреляно примерно столько же, сколько за первое полугодие 1918 г., а в августе — в 2,5–3 раза больше, чем в июле. Налицо была новая динамика вынесения высшей меры наказания при новом председателе ВЧК[859]. Хотя доля уголовного элемента среди расстрелянных в этот период еще составляла существенный процент, политические расстрелы уже преобладали. За август доля расстрелянных уголовников по вынесенным смертным приговорам ЧК составила более 30 %, а в Центральной России — от 50 % до 80 %[860]. Значительную часть расстрелянных по политическим мотивам составили жандармы и провокаторы. В июле и августе 1918 г. различными ЧК было расстреляно более 60 представителей жандармерии и провокаторов[861].[862]

Красный и белый террор

Летом 1918 г. Ф. Э. Дзержинский в интервью одной из оппозиционных газет заявлял: «ЧК — не суд, ЧК — защита революции, как Красная Армия, и как Красная Армия в гражданской войне не может считаться с тем, принесет ли она ущерб частным лицам, а должна заботиться только об одном — о победе революции над буржуазией, так и ЧК должна защищать революцию и побеждать врага, даже если меч ее при этом попадает случайно на головы невинных»[863]. Именно летом 1918 г. ситуация для советской республики стала критической. Необходимо было проводить меры по укреплению тыла страны в условиях наступления чехословацкого корпуса, террористических актов против руководства страны.

22 августа Дзержинского возвращают на пост председателя ВЧК. Ранее Дзержинский будет полностью оправдан по делу об убийстве Мирбаха и левых эсеров. Определенную роль в оправдании сыграл его гимназический товарищ Сольц, который свидетельствовал в этом деле в пользу Дзержинского. Сольц и Дзержинский и в дальнейшем будут сотрудничать и иметь хорошие отношения. Поэтому Дзержинский, ходатайствуя о проштрафившихся чекистах, других своих сотрудниках, по другим вопросам, часто обращался к Сольцу («Дорогой товарищ!»)[864]. Обычно Сольц был «такого же мнения», как и руководитель ВЧК, поддерживая его в разрешении конфликтных ситуаций. Часто Дзержинский и Сольц участвовали и в одних политических мероприятиях, например в разгроме меньшевистских организаций.

Убийство утром 30 августа 1918 г. председателя Петроградской ЧК М. С. Урицкого в Петрограде и тяжелое ранение в Москве вечером этого же дня В. И. Ленина обозначили начало нового этапа в карательно-репрессивной политике советских органов власти. Совершенные в двух столицах в один день террористические акты убеждали советское руководство в существовании заговора против видных большевиков, в возможности новых террористических актов. В этих условиях прежний подход к политическим противникам представлялся уже допущенной ошибкой, которую необходимо исправить самыми резкими и суровыми мерами. Отличительной чертой нового периода являлась особая роль чрезвычайных комиссий в разворачивании масштабных репрессий.

После получения сведений об убийстве Урицкого было принято решение о немедленном делегировании Дзержинского в Петроград для расследования обстоятельств покушения. Согласно воспоминаниям Я. Петерса, «В день убийства Урицкого Владимир Ильич позвонил в ВЧК и предложил Феликсу Эдмундовичу немедленно отправиться в Петроград для выяснения на месте обстоятельств убийства»[865]. Данные воспоминания вышли уже после смерти Дзержинского, и их надо воспринимать с осторожностью. Вопрос о том, кто направил Дзержинского в Петроград, остается открытым. Отметим только, что организацией спецпоезда в Петроград для Дзержинского занимался Я. М. Свердлов.