Еду в Магадан. Безумное путешествие из Петербурга до Крайнего Севера

– Ты чего смеешься? – немного укоризненно посмотрел на меня мой напарник.

– Какой фильтр, Леша? Это же река Лена. Одна из чистейших рек в России, а может быть, и в мире! На всем ее пути даже нет крупных городов. Впереди только Якутск, а мы только в самом начале.

Леша перевел взгляд с фильтра на реку, а затем с реки на меня. Потом вновь повторил свои действия. В конечном итоге он убрал фильтр в рюкзак и черпнул кружкой воду. Впоследствии об этом решении я буду жалеть до конца похода.

– Наташа! Греби!

Леша почти кричал. Обернувшись, я увидела, как из-за поворота выплывает огромная баржа. Она медленно приближалась к нам, издавая приветственный гул. Скорее всего, это был осуждающий звук.

– Сильнее греби, давай. Ну же!

Мы навалились на весла и синхронно пошли по направлению к левому берегу. Как ни странно, я была спокойна, но при этом усиленно гребла веслами.

– Да она же далеко, что ты так орешь?

– Это так кажется. Да и грести надо как можно дальше от баржи. Или ты думаешь, что если наша лодка будет просто рядом, то ничего не случится? Нас может засосать под баржу течением. Физика!

Я с ужасом смотрела на длинный судоходный транспорт и представляла, что с нами могло случиться, если бы мы не успели отплыть от него на безопасное расстояние. Мне стало стыдно за нашу неподготовленность и безрассудство. Мне было не по себе даже смотреть в сторону капитанской рубки.

«Извините, капитан, мы больше так не будем», – мысленно проговорила я.

Мы еще долго не смели возвращаться в центр реки, ловя кормой лодки волны после судохода. И лишь после того как баржа скрылась из виду, мы взяли по веслу и принялись выравнивать курс. Попытки длились до заката. Лишь к этому времени мы окончательно отработали нашу сплоченную технику гребли, которую в итоге использовали до конца сплава.

Мы сидели посередине казанки на деревянной жердочке спиной по направлению движения. У каждого в руках было по веслу. Точнее, у Леши весло было в одной руке, а я держала свое обеими. Только таким образом нам удалось уравновесить наши силы, чтобы преодолеть течение таежной реки. Эта тактика помогала максимально ровно идти вперед на север, но даже в таких условиях Леша периодически вальяжно поворачивался ко мне, почесывая свободной рукой укус от комара на ноге и спрашивая: «Это все, на что ты способна? Такими темпами мы в Якутию до зимы не доберемся». Тем временем я, пыхтя, высчитывала в уме пройденные единицы километража, с некоторым расстройством представляя недели таких физических мучений по двенадцать часов в день.

В первый день мы гребли без остановки, периодически застревая на одном месте и пробуя разные способы взаимодействия с лодкой, рекой и собой. Суммарно мы прошли километров двадцать или тридцать. Удивительно, но за это время мы лишь единожды выползали на берег, чтобы сходить в туалет. Остальное время мы бороздили по небольшим волнам сибирской реки, успевая лишь уворачиваться от барж, делать глоток воды из прозрачных вод Лены и пробовать разные способы гребли.

Темнело. Пора было делать остановку. Мы выбрали пологий берег слева, наполовину вытащили казанку из воды на гальку, развели костер, наскоро перекусили, установили палатку и разложили спальники.

– Как хорошо, что догадались уху с собой взять. И готовить на вечер не надо, только разогреть и в другом котелке заварить травяной чай на ночь. Леш, а что делать с оставшейся рыбой, которую дал отшельник?

– Может, оставить у лодки в пакете?

– Могу пакеты с рыбой погрузить в воду, там охладится.

– Отлично, давай.

Рыба была спрятана от будущего утреннего солнца в прохладной воде, лодку мы заботливо укрыли тентом и разожгли костер для ужина и чая с конфетами.

После трапезы мы потушили огонь, и все небо озарилось густой пеленой из мерцающих созвездий. На улице быстро холодало, но мы не торопились ложиться спать. Комаров здесь практически не было, на нашей стороне реки лес был на большом расстоянии от палатки. А кустарники и другая трава начинались только в метрах двадцати от нас. Мы залезли в спальники и легли перпендикулярно нашим спальным местам. Наши тела были внутри палатки, а вот лица мы подставили навстречу звездному небу. Несмотря на усталость, так мы провели, наверное, целый час. Изредка переговариваясь, мы всматривались в неизведанный космос, и я загадывала желания, вновь и вновь встречая падающие звезды.

Будильник мы не ставили, предполагая, что наш организм самостоятельно проснется с первыми лучами солнца. У нас с Лешей были индивидуальные коврики и спальники. Но, как только мы прибыли на реку Лену, несмотря на дневную жару, ночами мы на себе ощущали сибирский летний холод, который был предвестником скорых заморозков. Несмотря на наше еще не до конца товарищеское взаимодействие, мы решили, что самым адекватным способом для теплой ночи станет объединение спальников. Мы оделись в термобелье, надели шерстяные носки, я под голову положила вместо подушки свой рюкзак, застегнули по молниям два спальника в один и заснули, прислонившись друг к другу спинами.