Его Величество Змееныш

— После с-с-слияния с-с-сущнос-стей? — внешне он оставался спокоен и собран. Отпустив её руки, медленным, гибким движением он перекатился набок и ладонью задумчиво погладил твердеющие вершинки груди. — Ох, камбалка… если я что-либо понимаю в природных законах этого ягова мира, то ты сразу же обязательно забеременеешь. Первый мужчина у ведьмы — без вариантов. И я ничего не могу тут поделать. Боюсь… что твоя странная девственность связана именно с этим.

Он явно ей лгал. И это она понимала.

— А ты… — ей вдруг стало зябко, но рукой поискав одеяло, Ева нашла лишь свою тоненькую нательную рубашку. Попыталась прикрыться. Не дал. Илья молча отвёл её руку и, не сводя с девушки глаз, медленно облизнулся.

Рассказать ей сейчас? Лишь терять даром их драгоценное время. Ева совсем не глупа, очень скоро она и сама всё поймёт.

— Ничего лишнего не придумывай, килька, — он усмехнулся, пальцами вытирая с щеки её руну. — Всё очень просто: сейчас я ещё не могу защищать вас двоих. Мой зверь только родился. Он принял меня и тебя, нашу магию, стал многократно сильней, но пока… Ты и сама ещё очень слаба. Наше время ещё не настало.

Он вдруг к чему-то прислушался, тут же гибко вставая.

— Куда ты? — Ева устало спросила.

— Сюда теперь уже точно идут, — бросив взгляд на неё сверху вниз, он неожиданно улыбнулся и наклонил набок голову. — На сей раз за тобой, очень быстро и очень уверенно. Не будем их заставлять открывать нашу дверь королевским приказом. Я отопру её сам. Это всего лишь дворцовые слуги, опасности нет. Её я бы почуял.

— А ты? — Ева медленно села, немедленно ощутив тупую, тягучую боль во всех суставах и мышцах.

— Я ухожу, не хочу их пугать. Отец если тебя вдруг увидит… — Илья странно замялся. — Он и так всё поймёт, остальные меня не волнуют.

Объяснять ей, что именно может увидеть король, Илья Змеев не стал. Совершенно не стесняясь своей наготы, Илья наклонился к девушке и, пальцами подхватив подбородок, поднял лицо ведьмы, вынуждая смотреть себе прямо в глаза.

— Обещай меня слушаться, Ева.

Ведьма в недоумении подняла светлую бровь.

— Будет бал. Чтобы там ни происходило, как бы тебе ни хотелось разнести весь этот мир, слушай только меня. Никакой больше художественной самодеятельности, ты меня слышишь? — и, заметив упрямо поджатые губы, он смягчился, добавив: — Покойный принц мне всё ещё продолжает подсказывать. Он — отличный и верный помощник. Ты же полностью дезориентирована, совершенно растеряна и порядком напугана, женщина. Прошу тебя, давай обойдёмся пока что без ведьминских безрассудных затей. Обещаю, потом ты с лихвой отыграешься.

Ева молча кивнула. Змей скользнул тут же на пол, и спустя несколько быстрых минут Ева в башне осталась одна. Постельная королевская ведьма. Или русалка? Она вечно путалась в тонкостях определений…

Светильники вспыхнули снова. Пальцами прикоснувшись к щеке, Ева задумалась. Почему Змеев остановился? Первый секс девушки в мире иных был не просто физическим действом. Единственный шанс провести древний ритуал по слиянию тел, мыслей и магии. Опасный и сложный. На всё время сакрального действа иные теряли себя, становились весьма уязвимы. А ещё, именно в этот момент существовала вполне осязаемая возможность забрать силу партнёра. Выпив того буквально до дна, полностью и невосполнимо.

Побеждает сильнейший. Не потому ли Илья не рискнул? Испугался её или сам в себе не уверен? У неё будет время подумать.

Вдали вдруг послышались громкие женские голоса. Ева вздрогнула и взялась за одежду.

<p>41. И вся королевская рать</p>

“У батюшки девка промеж пальчиков, у любимого мужа в руках.”

В. И. Даль Пословицы русского народа.

Бал. В представлении Евы, это действо могло с ней случиться где-то там… исключительно в сказке про Золушку. Прекрасный принц, глупый и милый король, настойчивые кавалеры, красавицы, размахивающие юбками на кринолинах… Мачеха топчется по паркету и корчит всем злобные рожи, исключительно ради контраста .

Судя по царившей вокруг суете и накалу предбальных приготовлений, в заснеженном королевстве под “балом” подразумевалось нечто судьбоносное. Почти президентские выборы.

Уходя, младший Змеев бесшумно открыл главный вход в её башню, и уже очень скоро туда ввалилась четвёрка рослых женщин. Даже без стука. Еву они не боялись, и никакого благоговения перед бывшей теперь уже первой ведьмой никто не испытывал. Едва взглянув на неё, подхватили под руки и решительно поволокли к узкому выходу из тюрьмы, успевшей ей стать почти домом.

В тёмной комнате с топчаном Ева успела обжиться и печально оглядывалась назад. Столько всего случилось в каменных стенах башни… Но опять возвращаться сюда она не хотела.