Элегантная наука о ядах от средневековья до наших дней. Как лекарственные препараты, косметика и еда служили методом изощренной расправы

Он ослабил власть бояр, которым так и не простил убийства матери, и позволил людям из низов бороться за высокие позиции в армии и правительстве. Анастасия поощряла его стремление сделать так, чтобы лишь заслуги, а вовсе не родословная влияли на продвижение человека по службе. Самый значимый вклад Ивана в культуру – постройка Собора Василия Блаженного, который и сегодня можно увидеть стоящим на Красной площади. Это ансамбль из восьми асимметричных церквей[58], венчаемых луковичными куполами разного размера.

Царя очень любили в народе. Английский посол писал: «Он весьма фамильярен, как с собственными дворянами и прочими подданными, так и с чужестранцами, которые служат ему по военному делу или учителями. Таким образом, его не только обожают аристократы и чернь, но также и невероятно боятся во всех уголках его страны. Столь сильно, думаю, не был обожаем и такой ужас не внушал ни один принц во всем христианском мире».

При поддержке жены Иван IV управлял страной относительно мудро и спокойно. Однако каждая новая беременность ослабляла ее – шесть раз за девять лет, и выжили лишь два сына: Иван (родившийся в 1554 году) и Федор (в 1557 году). Возможно, ее организм был не в состоянии продуцировать достаточное количество эритроцитов для поддержания беременности, и она страдала железодефицитной анемией. Симптомы включают в себя утомляемость, головные боли, одышку, ослабление иммунной системы, из-за чего снижается сопротивляемость организма инфекциям. После месяца тяжелой болезни Анастасия скончалась 7 августа 1560 года. Ей было около тридцати.

После потери жены Ивана охватило безумие и паранойя. Хотя Анастасии становилось все хуже в течение многих месяцев (если не лет), он был убежден, что это бояре погубили ее. Итак, сперва они убили его мать, теперь добрались до жены. Он намеревался отомстить с особой жестокостью.

Так появился на свет Иван Грозный.

Казалось, царь из чистой прихоти отдал приказ об аресте ряда бояр и чиновников. Счастливчиков ссылали в суровый климат монастырей, тех, кому повезло меньше, уморили в казематах, пытали, сжигали заживо, или вешали, или забивали камнями, или топили в реке, или обезглавливали, или просто резали глотку. Хуже всего пришлось тем, кого царь велел изжарить на медленном огне, сварить заживо или сажать на кол. Последняя казнь предполагала, что обвиняемого насаживают задним проходом на десятифутовый деревянный кол, и агония его может длиться до нескольких дней – пока не придет избавительная смерть. Жестокость Ивана не ограничивалась теми, кого он считал заговорщиками: под раздачу попадали члены их семей (даже маленькие дети) и слуги.

Он организовал новую гвардию, солдат которой называли опричниками и которые терроризировали население во имя царя. Сидя на троне, Иван с удовольствием наблюдал, как жителей Руси насилуют и мучают у него на глазах. Часто он присоединялся к «веселью», как и его старший сын, когда стал достаточно взрослым. Одна из любимых царских забав выглядела так: группу обнаженных женщин выпускали во дворце, заставляя гоняться за цыплятами, а опричники стреляли в них из лука.

Некоторым пленникам Иван предлагал помилование, если они сами убьют близкого родственника – брата, родителя или ребенка, – а затем казнил их за убийство. Кремлевская площадь, ныне известная как Красная площадь, превратилась в место зловонной бойни с виселицами, эшафотами, кострами и пыточными агрегатами. Однако, несмотря на кровожадный нрав, русский народ уважал Ивана как великого правителя. Его умственная неуравновешенность расценивалась как прикосновение руки Бога, который и сам мог поступать столь же сурово и несправедливо.

Хотя Иван и скорбел о первой жене, однако это вовсе не охладило его страстную натуру. После Анастасии у него было еще семь жен[59]. Одну он якобы отравил сам, за отравление другой предположительно нес ответственность кто-то из врагов Ивана, еще одну утопил за прелюбодеяние, трех отправил по монастырям, где две скончались при таинственных обстоятельствах, а одна пережила его[60].

В 1568 году, неудачно женившись во второй раз, Иван решил сослать жену в монастырь и предложить руку и сердце Елизавете I Английской. Он поручил английскому послу Энтони Дженкинсону передать королеве его предложение, которое, как он полагал, немедленно будет принято.

Можно лишь фантазировать о том, какова была реакция Елизаветы, которая только-только избавилась от другого безумного поклонника, шведа Эрика XIV, на предложение выйти замуж за русского царя. Отсмеявшись, она, вероятно тщательно обдумала ситуацию: Англия – великая торговая нация, и вряд ли ей хотелось портить отношения с Россией. Елизавета прекрасно умела избегать брака и при этом не портить внешнюю политику, а потому она предпочитала тянуть время.

Однако Иван был неглуп, а потому вспылил, когда его первоначальное предложение не было немедленно и благосклонно принято. «Ты не более чем вульгарная девка, – писал он, – и ведешь себя не лучше. От всякого общения с тобой я отказываюсь, а Москва прекрасно обойдется без английских крестьян».