Эпоха сериалов. Как шедевры малого экрана изменили наш мир

Доктор – инопланетянин, скитающийся по разным мирам и временам, обычно в сопровождении спутницы. Он регулярно проходит через перерождения, полностью меняя личность и характер, при этом сохраняя память о прежних инкарнациях. Этот постоянно повторяющийся опыт «регенерации», т. е. смерти и воскрешения, во многом определяет зрительское восприятие героя. Тем не менее, несмотря на привычку к перерождениям, в одной из инкарнаций Доктор инсценирует свою гибель.

Враги вынуждают его принять условия игры: явиться в назначенный час на встречу с будущим убийцей у озера (снова водная стихия). На эту встречу Доктор приводит своих ничего не подозревающих друзей, которые становятся свидетелями его гибели и тяжело переживают ее вместе со зрителями, привыкшими к неуязвимости бессмертного героя. На этапе «разоблачения трюка» эта сцена воспроизводится дважды: нам показывают, как устроен фокус – многоуровневый иллюзионистский номер, разыгрываемый не только в пространстве, но и во времени (научно-фантастический жанр подразумевает куда более свободное обращение с технологиями и парадоксами: например, возлюбленная героя оказывается одновременно и его убийцей, и с в и детел е м – д ру го м, наблюдающим всю сцену со стороны). Эмоциональное воссоединение с друзьями проходит для Доктора не очень гладко: друзья-земляне возмущены его ужасным «инопланетным» чувством юмора (впрочем, реакция их не столь бурная, как, например, негодование Джона в «Шерлоке»: к эксцентричным выходкам героя-трикстера они поневоле уже привыкли, как Уилсон привык к Хаусу, а Джон – к Шерлоку).

Схема «рейхенбаха», как можно видеть, функционирует не только как ключевой повествовательный прием, позволяющий эксплуатировать природу иллюзии, трюка, увлекательного фокуса, но и как механизм, актуализирующий архаические корни образа холмсианского героя – плута, трикстера, умирающего-воскресающего божества. В уже упоминавшемся сериале «Секретные материалы» «рейхенбах» Малдера – единственный случай мнимой

смерти героя. Все остальные его смерти и воскресения вполне подлинные, включая и самый значительный подобный эпизод (герой похищен инопланетянами; наступает время Великого Пробела, когда герой отсутствует практически целый сезон; затем его тело находят и хоронят; спустя несколько месяцев тело извлекают из земли, герой воскресает)²⁴. Через опыт смерти/умирания проходят практически все главные персонажи этого сериала; этот опыт знаком и Хаусу, и Шерлоку

²⁵.

В знаменитом американском научно-фантастическом сериале «Звездный путь» (Star Trek), ровеснике «Доктора», непрестанно прирастающем продолжениями (вокруг него больше полувека назад сложился целый культ поклонников-«треккеров»), через умирание/ воскресение (смерть на глазах у лучшего друга) проходит один из главных героев – полуинопланетянин Спок. Свое происхождение он ведет непосредственно от Холмса (что легко установить по знаменитой цитате, которую он приписывает своему предку, оставшемуся неназванным²⁶

). Со Споком сравнивает Шерлока Джон («Шерлок»), Спок упоминается в «Хаусе»; исключительным сходством со Споком наделена доктор Бреннан, «Холмс» из сериала «Кости»; еще один женский холмсианский персонаж – доктор Мора Айлз из шоу «Риццоли и Айлз» (Rizzoli&lsles, 2010–2016) – впрямую названа Споком своей создательницей (Тесс Герритсен, по первой профессии врач, автор серии книг, которые легли в основу сериала²⁷). Гибель Спока от радиации за стеклянной стеной воспроизводится в качестве прямой цитаты в одной из серий Доктора (подобным образом завершается очередная схватка Доктора с его мориартипо-добным архиврагом; вместо окончательной гибели героя происходит его регенерация)²⁸.

Схему «рейхенбаха» в ее мистериальном варианте можно опознать, например, в толкиеновском «Властелине колец» (смерть и воскресение Гэндальфа). Восьмой сезон «Секретных материалов», посвященный поискам пропавшего Малдера, насыщен прозрачными новозаветными аллюзиями (непорочное зачатие; «бегство в Египет»; чудесное рождение со всеми атрибутами, включая «вифлеемскую звезду» и «поклонение волхвов»; смерть/воскресение в 4-м сезоне – эпизод с разоблачением и мнимой гибелью Малдера носит название «Гефсиманский сад» (Gethsemane, 4:24), тем самым «позор» и «гибель» героя из плоскости трюка переводятся в сакральную плоскость пасхального цикла: моление о чаше, предательство, смерть и воскресение²⁹).