Эпоха викингов. Мир богов и мир людей в мифах северных германцев

В святом месте строили святой дом. В «Книге о занятии земли» не единожды упоминается, что тот или иной уважаемый поселенец построил большой дом. В «Саге о людях с Песчаного берега» (Eyrbyggja saga) находим подробное описание хофа, или капища, которое хёвдинг Торольв Бородач с Мостра устроил в новой усадьбе в Исландии. Капище представляло собой большой дом с дверью в боковой стене, которая была устроена в торце постройки. Войдя в эту дверь, человек видел у противоположной стены Торовы столбы с высоким сиденьем, закрепленным особыми «боговыми» гвоздями. В дальнем конце храма находилось небольшое помещение, как написано в саге, похожее на хоры в христианской церкви, в его центре был установлен камень – алтарь. На нем лежало запястное кольцо, на котором произносили клятвы. Вокруг алтаря были установлены идолы. К святилищу примыкал зал для жертвенных пиров и собраний.

Раскопки, проведенные на месте древнего Торова капища, подтвердили, что оно было устроено так, как описано в «Эйрбиггье». Судя по остаткам фундамента, хоф Торольва был велик – до 30 метров в длину, прямоугольный в плане; на одном конце его располагалась отдельная комната с дверью, которая открывалась наружу и была, очевидно, отделена от пиршественного зала исключительно прочной сплошной стеной. В хоф, языческий храм, приходили люди по большим праздникам, чтобы принести жертвы. В поселениях, где не было отдельных капищ, жертвенные пиры и собрания проходили в домашних залах, впрочем, с не меньшей торжественностью и при большом стечении народа. Однажды Эгиль, читаем в саге, пришел на ферму, когда там приносили жертвы, и ему выделили помещение в пристройке, поскольку в самом доме проходил праздник.

Когда строили специальный зал для пиров, его соединяли с комнатой для жертвоприношений, af hus, или боковым помещением, как эта комната была названа в «Эйрбиггье», по аналогии с христианскими церквями. Как правило, каждое крупное хозяйство имело свой маленький храм с местом для принесения жертв и «сиденьем бога». В истории о ночном визите сыновей Ингмунда к Хроллейву и его матери Льёт читаем описание этого хозяйства. Войдя во двор, они сначала увидели небольшой домик, отделенный от входа в дом небольшим пространством; Торстейн сразу же догадался, что это был блот-хауз – помещение для жертвоприношений или «домовое капище». В ночь, когда сыновья Дроплауг заблудились из-за сильной метели, они поняли, где находятся, наткнувшись на неожиданно возникший перед ними дом; подойдя к его двери, они догадались, что это капище, принадлежавшее Берси Умнику («Сага о сыновьях Дроплауг»).

Блот-хауз представлял собой священное место; согласно старым представлениям, это было одно и то же, что, впрочем, не предполагает, что они были совершенно одинаковы. Блот-хауз – это то же самое, что и хёрг; он получал это название, когда хоф и хёрг соединились вместе, образовав место поклонения и пиршественный зал в одном здании. Дотошный исследователь, который подверг такие священные термины, как «хёрг» и «ве» (ve), сравнительному лингвистическому анализу, надеясь с помощью этимологии составить карту германской святой земли, был бы озадачен, узнав, что хёрг в нордическом языке означал и груду камней, отмечающую святое место, и дом, где были установлены идолы, а у южан – рощу. Секреты структуры нельзя понять с помощью слов, но тому, кто хочет выяснить, из чего она действительно состояла, а не то, что, по его мнению, в ней должно было быть, слова сообщают очень многое. Холм и роща, хёрг и блот-хауз – это святые места или ве, источники силы. Определенная же форма, например дом, пирамида из камней, обнесенное оградой пространство или сама ограда, образует лишь оболочку вокруг большого ядра значения; здесь название незаметно перемещается от одной вещи к другой, и слово может стать лишь слабым отображением значения, не позволяя нам понять смысл картины, которую в данный момент представляет текст.