«Эскадрон смерти» из космоса. Звездные каратели

— Огонь!

— Командир, Курт горит, Венк горит, Отто разорвало на куски! Нас всех убьют, командир, надо уходить.

— Отставить! Огонь!!! Если эти швайне прорвутся в город, они там такое устроят…

— Командир, мы… А-а-а-а…

…Сине-голубая молния ударила в борт самоходки, мгновенно испарив стальную броню. Волна жара ударила вовнутрь боевой машины, поджигая изоляцию проводов, топливо, комбинезоны и шлемы экипажа… Через мгновение от страшного жара рванул боекомплект, расшвыряв в стороны оплавленные куски корпуса.

Солнечная система. Планета Земля. ФРГ. Окрестности Мюнхена. 22 октября 1977 года. 11 часов 45 минут

Ханс хмыкнул, обозревая открывшийся с высоты «Слона» вид.

— Н-да. Работы у нас море. Вперед! — хриплым голосом произнес в микрофон.

Выстрел импульсной пушки угодил в дальний угол здания. Постройка, охваченная пламенем, затрещала и как-то лениво рухнула внутрь себя, похоронив под обломками своих обитателей. «Беркем» поменял цель и разрядил свою пушку в открывшееся здание с красным крестом на фасаде. Снаряд, разогнанный до чудовищной скорости, вошел точно по центру и взорвался. Обломки бетона, арматуры и другого мусора разлетелись во все стороны, калеча жителей. Больница обзавелась дырой, сквозь которую были видны остатки перекрытий, а также часть внутренностей здания.

«Страус» методично расстреливал разбегающихся людей. Очередь из десятка снарядов, выпущенная «Ревуном», окончательно лишила здания в этом районе стекол и обрушила низенькое строение. «Искатель» перегородил дорогу и с методичностью и одержимостью фанатика расстреливал все, что появлялось из-за угла. По каналам связи то и дело слышались иронические комментарии на наиболее успешные разрушения. «Слон» развлекался тем, что просто давил и ломал невысокие постройки вместе с людьми.

На улицах города было дымно. Тянущиеся от роботов бело-голубые трассы выстрелов из импульсных пушек и красные лазерные лучи прошивали пространство, оставляя кратеры на стенах домов, осыпая выживших пылью и градом камней. Ханс с друзьями веселился по полной, поставив своего «Слона» прямо посередине руин. «Ревун» занял позицию во внутреннем дворе на западной стороне и своим вооружением не давал осесть облакам пыли от постоянно рушащихся зданий.

Дым от пожара представлял слабую завесу для пилотов роботов. На земле лежали куски арматуры, перекрытий стекла, окружающих зданий и стен, лучи солнца уже слабо проникали через дым. На два километра в округе, повсюду, куда падал взгляд, торчали почерневшие куски арматуры, искореженные взрывом. Где-то вдалеке вновь послышался вой сирен.

— Ханс, это Кларк. Скоро местное ополчение будет здесь, прорвались минуту назад, но Лоренс их отогнал. Я думаю, что сейчас начнется новая атака.

Ханс поднял визор своего нейрошлема и вытер пот со лба.

— Совершенно верно. В любую секунду, а следовательно, пора сворачиваться… — Его слова были прерваны внезапным шипением ракет, падающих по пологой дуге через стены и наполнивших воздух тучей осколков. Но эта атака закончилась так же внезапно, как и началась. Ханс направил «Слона» к дороге, прижимаясь к трехэтажному зданию и тем самым разрушая его.

— Ладно, ребята, поиграли, и хватит. Закругляемся! — весело прокричал в микрофон.

Семерка серых от пыли роботов направилась в обратный путь…

Солнечная система. Планета Земля. ФРГ. Окрестности Мюнхена. 22 октября 1977 года. 13 часов 40 минут

Клауса хватило только на двадцать минут спокойного передвижения. Сплюнув на пол, он увеличил скорость до максимума и вскоре скрылся из виду.

На экране появилась одиночная отметка. Клаус потер руки и внимательно всмотрелся в строки.

Из них следовало, что это легкий бронемобиль местных ополченцев, точно такой же, как та пара, что он разделал в городе. Угловатая восьмиколесная зверушка, застигнутая врасплох, как и другие, вместо бегства обстреляла его робота. В глазах пилота все ярче разгорался азарт. «Страус» по воле хозяина стал поливать из крупнокалиберных пулеметов восьмиколесный гроб, кружа вокруг жертвы. Периодически о броню робота скрежетали снаряды, не принося, впрочем, особого вреда. «Страус», изредка постреливая, следовал за отступающим броневиком.

Внезапно что-то гулко ухнуло, робот завертелся на месте в поисках угрозы. В шестистах метрах, чуть слева, на него смотрел ствол танкового орудия. Выругавшись, Клаус бросил своего робота в сторону, разминувшись с новым гостинцем, и выстрелил в ответ. В танк ударил иглообразный рубиновый луч, вгрызаясь в броню. Отчего-то — без видимого эффекта. Отбежав в сторону, «Страус» снова выстрелил, но и второй луч не смог пробить броню странного танка.