«Эскадрон смерти» из космоса. Звездные каратели

— «Рассекатель» вызывает на связь «Ястреб». У нас на экране появились семь, нет, девять, нет, двенадцать неопознанных целей. Повторяю, двенадцать неопознанных целей, — в наушнике раздался голос дежурного офицера. — Они приближаются к нам со скоростью в полторы тысячи узлов, постарайтесь задержать их. А еще лучше — уничтожить.

— Вас понял, исполняю.

Яна побежала к своему атмосферно-космическому истребителю, закрепленному в ангаре. Вдруг пол вздрогнул, людей и незакрепленные предметы швырнуло на переборки. В коридоре неожиданно заревела сирена, предупреждая экипаж, что получены повреждения обшивки. Одна из ракет проломила защиту борта и взорвалась во внутреннем отсеке. Всем следовало занять места согласно штатному расписанию и пристегнуться. Новый удар сотряс «Рассекатель», на секунду погас свет. Содрогаясь под ударами и теряя клочья брони, транспорт рухнул вниз. Очнувшаяся от удара Яна встала и побежала к ангару. Вновь тряхнуло. Последняя ракета крайне удачно попала в пролом. Шаттл подбросило вверх и закрутило. Яна, держась за поручни, с большим трудом и потратив втрое больше времени, чем полагается, все-таки добралась до верхнего ангара.

В командном центре ПВО для непосвященных бой выглядит не иначе как шахматная партия. Часть фигур (самолеты) можно перемещать в любом направлении, другие — зенитно-ракетные комплексы — могут только стрелять. Но зато умеют это хорошо.

— Есть поражение цели. Цель продолжает полет.

И совсем неуместно в этом царстве спокойствия и деловитости слышать недоуменные возгласы, вроде этого:

— Черт возьми, сколько еще нужно в него всадить?!

— Ну откуда ж я знаю? Бейте, пока ракет хватает.

— Есть попадание «Мавериком»! Зафиксировано пробитие брони!

А на огневых позициях зенитно-ракетных комплексов сплошной многоголосый рев:

— Цель одиночная…

— Есть захват цели…

— Пуск.

Только-только ушли ракеты, как на пустые направляющие ставят следующие. Расчеты работают на пределе возможностей, стремясь выпустить как можно больше ракет до того, как цель уйдет из зоны обстрела. «Найк-Геркулес» простреливает зону радиусом в сто тридцать километров, а значит, держащий скорость около двухсот метров в секунду враг будет пролетать ее в течение почти двадцати минут. Более чем достаточно для перезарядки.

Солнечная система. Околоземная орбита. 22 октября 1977 года. 14 часов 40 минут

Капитан «Пасхального яичка» пребывал в состоянии, близком к паническому. То, что творилось внизу… Больше всего это напоминало разгар Первой Межзвездной Войны. Тогда нападавшие и защитники не стеснялись в средствах и плевали на все правила войны, писаные и неписаные. После того, как большая часть Вооруженных Сил Земного Союза ушла вместе с генералом Корниловым, все четыре Старых Династии схватились не на жизнь, а на смерть. Само название человеческой ойкумены — Сфера Цивилизации — стало восприниматься как издевка. Стертые орбитальными ударами и налетами авиации города, залитые химическим и биологическим оружием и выжженные ядерным пламенем планеты, расстрелянные орбитальные станции и заводы — вот что тогда творилось. Лишенные поводка, наброшенного еще первым Лордом Земного Союза, Древние Династии припомнили друг другу все. Почти сотню лет припоминали. После этого десяток планет оказались полностью закрыты для посещения, а почти сотня отброшена в каменный век. Буквально потому как кроме камней там ничего не осталось. Что творилось на Окраине, и так бывшей рассадником пиратов и контрабандистов, даже не хочется вспоминать.

Больше всего капитану хотелось бросить это дело и смотаться куда-нибудь подальше. Но приходилось висеть над этой планетой и выполнять последние полученные приказы. Ханс приказал висеть в готовности, а этот дед-пилот — Ставро фон Попадопулос — заносить в память все обнаруженные огневые точки и базы планетарных сил. Уже через минуту капитану хотелось ругаться. Грязно и долго. Потому как этих самых точек и баз на планете было как блох на бродячей собаке! На сто километров в любую сторону от любой произвольной точки находилось что-то стреляющее.

— Капитан, сюда что-то летит!

На экране радара отображалось нечто, летящее по направлению к «Яичку». Металлическое, судя по уровню сигнала.

— Откуда это взялось?

— Предположительно отсюда, точка старта была вне поля зрения.

Непонятно. Хотя, если вспомнить судьбу двух шаттлов… Примерная прикидка траектории показала, что объект пролетит над орбитой «Яичка» примерно через две минуты.

— Снижаемся!

Солнечная система. Планета Земля. Где-то над территорией ФРГ. 22 октября 1977 года. 14 часов 45 минут

— Огневой контроль! — орал капитан, перекрывая рев. На капитанском комбинированном экране двигались световые пятнышки, отмечая вражеские самолеты. Одна атака местных сменялась другой. Ракеты рвались на броне «Рассекателя», откалывая куски наружной обшивки.