Если бы наши тела могли говорить. Руководство по эксплуатации и обслуживанию человеческого тела

В начале 1990-х, после серии смертей и осложнений у людей, принимавших добавки, правительство попыталось отрегулировать отрасль, чтобы обеспечить определенный уровень качества добавок и чистоты содержащихся в них веществ и даже удостовериться, что продукты действуют так, как было заявлено. Но, чтобы пресечь эту попытку, индустрия начала масштабную лобби-кампанию, включавшую телевизионную рекламу, в которой группа захвата задерживает Мела Гибсона в его собственном доме: правительство отбирает у него витамины.

Если вы хотите, чтобы разозленная толпа действовала вам на руку, нет ничего лучше, чем апеллировать к тому, что вы опасаетесь возможных преследований со стороны правительства. В этом случае кампания не просто имела успех: индустрия смогла извлечь выгоду из создавшейся ситуации, активно пролоббировав в 1994 г. принятие одного из самых значительных законов в сфере здравоохранения. «Закон о пищевых добавках» (Dietary Supplement Health and Education Act, DSHEA) препятствует почти любым видам регулирования химических веществ, продаваемых в качестве добавок. Перед выходом на рынок они не должны проверяться на качество, безопасность или эффективность.

Более того, закон беспредельно расширил определение понятия «добавка». Оно включает в себя гораздо больше, чем те тринадцать молекул, которые нам известны как витамины. К добавкам относятся также ферменты, минералы, аминокислоты, травы, растительное сырье, секреты, выделяемые из желез животных, и ткани органов. В список можно включить практически любое вещество. Раньше формулировка «пищевая добавка» использовалась как понятие, определение которого вытекает из его происхождения: это химическое вещество, полученное из пищи, или аналогичное соединениям, содержащимся в пище. Так, витамин C – это добавка, которая дополняет то, что вы получаете из фруктов. Сегодня почти все добавки (в том числе витамины) синтезируются в лабораториях, и конечный результат мало походит на продукт питания. Даже те добавки, которые включают в себя химические вещества, содержащиеся в пище, видоизменяют их до неузнаваемости, смешав в бесконечном варианте доз, комбинаций и условий.

В 2016 г. в Аспене я присутствовал на собрании шести бывших уполномоченных представителей Управления по санитарному надзору (U. S. Food and Drug Administration). Дэвиду Кесслеру, который был у руля, когда принимали «Закон о пищевых добавках», задали вопрос: почему индустрия добавок по-прежнему не регулируется должным образом? «Мы пытались», – сдержанно ответил он. Наследие Кесслера ограничивается его заслугами по борьбе с табачной промышленностью в 1980-х, спустя несколько десятилетий после того, как сигареты оказались основной предотвратимой причиной смертей в стране. «По сравнению с добавками урегулирование табачной индустрии кажется легче легкого».

А между тем фармацевтическая промышленность, общественный имидж которой колеблется где-то между плачевным и ужасным, подчиняется строгим правилам: продукция перед выходом на рынок должна показать свою безопасность и эффективность. Одобрение лекарственных средств – это длительный и дорогостоящий процесс, далекий от совершенства, но предназначенный для защиты потребителей. Фармацевтические компании должны давать очень конкретные описания о действии их продукта. Они также обязаны перечислить все возможные побочные эффекты. (Вот почему реклама некоторых продуктов наводит на мысль о том, что их нужно запечатать в контейнер и отправить в ракете к солнцу, а не спокойно наслаждаться ими, принимая ванну.)

Когда мы объединяем витамины в «мультивитаминные» продукты, получается формула, которая больше не соответствует ничему из того, что находится в нашей еде или в человеческом теле. Я буду продолжать называть их «добавками», потому что так принято, но давайте признаем: это слово бессмысленно и относится с чему-то, что являет собой параллельную фармацевтическую индустрию, которой удалось заработать миллиарды долларов, продавая что угодно любым угодным ей способом, обещая людям что угодно, и тем не менее остаться отраслью, которую все любят и защищают. Обратите внимание на это противоречие. Оно лежит в основе фундаментального понимания концепции здоровья и нашего организма.

Эспри заявил, помимо прочего, что кофе является «основным источником антиоксидантов» – факт, внушающий многим веру и в сам кофе, и в его пользу для здоровья. В отношении некоторых людей так оно и есть: они получают больше антиоксидантов из кофе, чем из всех других потребляемых ими продуктов. Правда, это не столько говорит о достоинствах кофе, сколько о том, что в их рационе просто мало антиоксидантов. И все равно: нет доказательств того, что добавки с антиоксидантами влияют на наше здоровье или долголетие.