Евангелие от LUCA. В поисках родословной животного мира

Зоологи забили тревогу уже в 70-е гг. XX в. Оказалось, что в большинстве участков своего ареала европейская норка исчезла, а ее место занял незваный пришелец. Сейчас европейская норка сохранилась лишь в немногих местах. Она занесена в Международную Красную книгу в статусе «вид на грани исчезновения». Это буквально остатки былого величия — небольшие островки некогда обширного ареала, пятнами разбросанные по некоторым европейским странам, Европейской части России, Сибири. Все остальное захвачено американской норкой. Что же случилось? На первый взгляд, просто и понятно. Более сильный и нахрапистый чужак вытеснил своего родича. Однако Д. Терновский предположил, что дело тут в другом. Он детально изучил размножение обоих видов — сроки брачного периода, спаривание, беременность. Выяснилось, во-первых, что оба вида никаких шансов на счастливый многодетный брак не имеют. Даже если самке европейской норки удается забеременеть от заокеанского супруга, эмбрионы в ее теле погибают спустя примерно месяц после зачатия. Виной всему различное число хромосом (30 у американской и 38 у европейской норки). Во-вторых, сроки размножения у этих видов немного не совпадают. У американской норки разгар гона происходит в марте, а у европейской — в апреле. И, в-третьих, еще одна важная деталь состоит в том, что оба этих зверя, похоже, не различают, кто из них абориген, а кто пришелец. Встречаясь в природе, они не могут определить, к одному виду относятся или к разным. Легко понять, отчего это происходит. Американская и европейская норки эволюционировали в полной изоляции друг от друга, в естественной среде никогда не пересекались, и им не нужно было вырабатывать особые сигналы для различения своих и чужих. Когда волею человека два вида норки оказались на одной территории, это привело к несчастливому финалу. В период гона у американских норок самцы этого вида покрывают и американских, и европейских самок, совершенно не заботясь о том, с кем они имеют дело. Американские самки успешно зачинают и приносят выводок, а у европейских все заканчивается разрушением зародышей. Спустя месяц начинается брачный сезон у европейских норок. Самцы исполняют свой долг, но европейские самки уже не могут забеременеть или же, как показали опыты Терновского, у них отсутствует молоко для выкармливания детенышей. В результате за короткое время европейская норка может полностью исчезнуть в какой-либо местности просто потому, что ее популяция перестает возобновляться. Как констатировал Дмитрий Терновский, «на земном шаре среди млекопитающих трудно найти ценного пушного зверя с такой трагической судьбой, как у европейской норки»[178]. Сейчас и у нас, и во многих зарубежных странах предпринимаются большие усилия по спасению этого хищника, но, судя по всему, восстановить былой ареал вида и его прежнюю численность уже невозможно. Экологическое пространство полностью завоевано пришлым видом, и только там, куда он не смог проникнуть, у европейской норки остались шансы выжить в дикой природе.

Лет 50 тому назад дела в области гибридизации животных обстояли так. Теоретики спорили о том, какое эволюционное значение имеют межвидовые скрещивания, и чаще всего приходили к выводу, что это значение ничтожно. А практикующие натуралисты тем временем отыскивали в природе все новые и новые примеры видов гибридного происхождения среди насекомых, плоских червей, рептилий, рыб. Некоторые из очень хорошо известных и широко распространенных животных оказались такими вот метисами. Один из них — съедобная лягушка (Rana esculenta), известный компонент национальной французской кухни. Удалось установить, что это довольно молодой вид, возникший приблизительно 5000 лет назад как продукт гибридизации озерной и прудовой лягушек. Вид возрастом чуть старше египетских пирамид! И, в отличие от метисов черной и серой ворон, съедобная лягушка способна воспроизводиться и поддерживать свое существование как вид, она широко распространена в водоемах Европы, так что ее ареал не ограничен узкой зоной гибридизации[179].