Фантазии Дарио. Тру-крайм с поразительной развязкой

Вернувшись в Италию, Федерико начал писать ей письма. Следующим летом он приехал повидаться с ней, через год – тоже. Тогда-то он и решил больше никогда ее не покидать. Они расписались в Таиланде, а в феврале 1993 года, когда им обоим едва исполнилось восемнадцать, они переехали в Мирандолу. Федерико нашел сменную работу в биомедицинском учреждении, а Кэмпет начала учить итальянский и нелегально подрабатывала уборщицей. Гуляя по окрестностям, они подружились со своей соседкой Франческой и ее дочерью Мартой.

Франческа родилась в Касандрино, недалеко от Неаполя, но с середины 1970-х жила в Эмилия-Романья. Там она в одиночку воспитала сына, встретила новую любовь и в 1989 году родила дочь, однако отношения с партнером закончились плохо. В жизнь матери-одиночки вмешались социальные службы, желавшие отобрать ребенка, но Франческа все же выиграла право опеки над дочерью. Девочка осталась с матерью и привязалась к соседям, молодой итальянско-тайской паре, которые ждали ребенка.

Когда Кэмпет забеременела, ей едва исполнилось 19 лет. Схватки начались 6 марта 1994 года, и они с Федерико тут же отправились в больницу. Уже вечером на свет появилась их дочь Элиза. Несколько дней спустя Федерико вернулся домой позднее обычного, в 9 вечера, и обнаружил, что малышка не перестает плакать. Кэмпет не знала, в чем причина, и не могла успокоить ребенка. Тогда Федерико отправился вместе с дочерью к Франческе, рассчитывая на ее материнский опыт. Это не помогло: Элиза не успокаивалась всю ночь, и утром серьезно встревоженный Федерико решил отвезти ее в отделение неотложной помощи. Врачи сразу же заметили кровоподтеки, гематомы и перелом, указывавшие на то, что ребенка жестоко избили. Федерико потребовал объяснений у жены. Что случилось? Кэмпет сказала, что Элиза упала с лестницы, но Федерико ей не поверил. Медики вызвали полицию. Наконец, вся в слезах, Кэмпет рассказала Федерико, что одна ее знакомая из Таиланда, приходившая в гости, причинила Элизе боль. По словам Кэмпет, женщина пыталась заставить ее заниматься проституцией и хотела получать процент от ее заработка, а когда Кэмпет отказалась, ударила Элизу об стену. Кэмпет не хотела говорить правду, потому что та женщина обещала навредить ее семье в Таиланде, если она обратится в полицию. Федерико в ярости накричал на жену, угрожая бросить ее, если подобное когда-либо повторится.

Семья Скотта выдвинула обвинения против той женщины, но полиция уже успела оповестить социальные службы Мирандолы о жестоком обращении с ребенком. В качестве меры предосторожности они приостановили права Федерико и Кэмпет на опеку, а Элизу передали на попечение другой семьи. Чтобы вернуть свою дочь, им пришлось следовать специальной программе, навещая Элизу в приемной семье. Через несколько месяцев им разрешили сделать визиты дольше, и уже в 1997 году, когда малышке исполнилось 3 года, она вернулась домой. Там ее уже ждал Ник, маленький братик, родившийся всего несколькими месяцами ранее.

Тем летом семья Скотта вместе с Франческой и Мартой отправилась на день в Лиди-Феррарези, чтобы отметить возвращение Элизы. Вместе они провели день на пляже и посетили аббатство Помпоза, затем поужинали пиццей в местном ресторане, где попросили официанта сделать пару фотографий, а вечером прогулялись по пляжу. Франческа и Марта обнимались, позируя. Это стало их последней совместной фотографией.

Когда шок прошел, Федерико и Кэмпет вышли из комнаты ожидания, где в последний раз видели своих детей. Они услышали, что кто-то окликает их по имени, – это была рыдающая Франческа, которую полицейские заставили взять Марту и приехать в участок. Франческо крепко держалась за дочь, отказываясь отпускать, но социальные службы были непреклонны, и Марту тоже забрали. Дарио, маленький мальчик из Масса-Финалезе, который обвинил семью Скотта, в своем рассказе упомянул также имена Франчески и Марты.

Франческа была безутешна. Она снова и снова повторяла: «Если они не вернут ее, им придется выносить меня отсюда в гробу».

Втроем они организовали протест, заняв узкий тротуар перед полицейским участком. Офицеры пытались заставить их уйти, но они раз за разом возвращались. У Франчески были с собой лезвия для бритвы, и когда полицейские пытались ее увести, она начинала резать свои руки, угрожая убить себя. Вместе с супругами Скотта она стояла там, громко заявляя о своей невиновности, и вскоре вокруг них начали собираться зеваки. Несколько местных журналистов начали делать заметки. Франческа и чета Скотта провели весь июль, совершая паломничество от полицейского участка к социальным службам и суду по делам несовершеннолетних в Болонье, но никто не слушал их и не замечал, даже гвардейцы Квиринальского дворца, куда первого августа они приехали, требуя встречи с президентом Скальфаро.