Феномен российских маньяков. Первое масштабное исследование маньяков и серийных убийц времен царизма, СССР и РФ

«…осенью 1990 года был задержан настоящий убийца Чикатило, подходивший под ориентировку. Оказавшись в кабинете начальника УВД Ростовской области, он уже было собрался все рассказать, как тут руководитель следствия Исса Костоев заявил, что будет допрашивать его один на один завтра. Он не столько хотел забрать себе все лавры, сколько знал, как опаснейшие бандиты ломаются от давления, на которое он был большой мастер.

Только назавтра убийца ничего не сказал. Девять дней Костоев «колол» его и получил массу признаний: что в бытность педагогом ПТУ Чикатило приставал к мальчикам, что воровал по мелочи, что щупал порой девочек и даже – о ужас! – изменял жене.

То же самое он повторял подсаженным к нему стукачам, но о кровавых делах – ни звука. Результат обыска в его доме был нулевой, изобличающих улик на месте убийств не было. Ни угрозы, ни обещания не действовали.

Бухановский понимал, почему маньяк молчит: он стесняется. Во время жутких «эксцессов» он получал самые сильные интимные ощущения в своей жизни. О таких вещах могут не сказать даже под пыткой. Тогда Бухановского уже официально прикомандировали к следственной группе. 29 ноября 1990 года психиатр и маньяк остались один на один в кабинете изолятора КГБ, где Чикатило держали как особо опасного убийцу. На эту беседу его привели без наручников.

Начал Бухановский с заявления, что он врач и не оценивает дела обвиняемого ни с правовой, ни с моральной точки зрения: он здесь, чтобы оказать помощь. И дал Чикатило почитать избранные места из его «проспективного портрета», который с 1986 года изрядно распух. <…>

Это была глава о деспотичной матери, которая никогда не ласкала сына (Бухановский ввел в психиатрию термин «мать Чикатило» как определенный психологический тип, воспитывающий серийных убийц). Об отце, чахлом и забитом матерью человеке, который участвовал в воспитании только поркой. О голодном детстве в деревне, где их семья была самой бедной.

И тут Чикатило заплакал. «Да, – сказал он, – после войны был голод, и пока отец сидел в лагере как бывший военнопленный, мы голодали больше всех. А соседи обезумели и стали настоящими людоедами».

Старшего брата Чикатило односельчане съели, когда тот вышел погулять за ворота. Поэтому распухший от голода маленький Андрей боялся показаться на улице… От невыносимых мук детства, травли в школе, нищеты, неудач с девушками маньяк перешел к своему первому убийству.

Потом он (Чикатило. – Авт.) изложил все Костоеву. На следственных экспериментах показал все 53 эпизода»[65].

Мы специально отклонились от исторического контекста главы и остановились на этом эпизоде, чтобы обратить внимание на противоречия между научной составляющей и волюнтаризмом следствия. Ученые и силовики далеко не всегда приходят к компромиссу, в том числе и сегодня, когда признательные показания часто получаются под давлением и пытками, ставшими глобальной проблемой всей правоохранительной системы России. Уже притчей во языцех стало то, что попавшие в жернова судебно-следственной машины люди перемалываются ей вне зависимости от причастности к инкриминируемым преступлениям. Это подтверждает многолетняя статистика судебного департамента при Верховном суде РФ, согласно которой процент оправдательных приговоров не превышает социологической погрешности[66].

В результате такого «репрессивного перекоса» не только разрушается принцип верховенства права, но и реальные преступники зачастую остаются на свободе, а вместо них наказание несут случайные люди. В случае с серийными убийствами это еще более социально опасно, учитывая изобретательность некоторых маньяков, особенно тех, которые любят запутывать свои следы и «ложиться на дно».

Но не все так плохо, и упомянутый

НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС ВНОСИТ ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЕ КОРРЕКТИВЫ В РАБОТУ ПО ВЫЯВЛЕНИЮ ПОТЕНЦИАЛЬНЫХ СЕРИЙНЫХ УБИЙЦ.

Об этом еще в 2020 году рассказал руководитель НИИ криминалистики СКР Алексей Бессонов. По его словам, специалисты института создали компьютерную программу, которая позволяет составлять поисковый портрет преступника на основе данных с места преступления. В 2022 году он говорил, что создано два цифровых продукта – программное обеспечение для выявления серийных преступлений и преступников Crimeserieslinkage и программа «Портрет серийного преступника PorSerO».