Философия. Элементарный курс

• Однако человеческая разумность в отличие от Разума природного бытия далеко не всегда соответствует его (бытия) насущным требованиям. Человеку свойственно уклонятся от призывов космического разума и жить, подобно животному. Между тем, именно в преодолении человеком своей животной, чувственной природы с ее влечениями, страстями и аффектами и заключено основание его нравственного совершенствования. “Таким образом, жить в согласии с природой, жить разумно и жить добродетельно – это одно и то же. По мнению Зенона, “сама природа ведет нас к добродетели” (Гусейнов А.А., Иррлитц Г. Краткая история этики. С. 167).

• Поскольку мир и человек в представлении стоиков связаны едиными причинно-следственными отношениями (законом судьбы), добро и зло не существует как нечто объективное. В строгом смысле слова и добро, и зло есть область мотивации человека, определенная система отношений, сквозь призму которой он воспринимает внешний мир и в выборе которой он совершенно свободен. С точки зрения стоиков, внешние обстоятельства жизни (болезни, страдания, войны, бедность и пр.) злом не являются и никакого влияния на нравственную жизнь человека оказать не могут. Вот как определяет Диоген Лаэртский это убеждение стоиков: “Все сущее они считают или благом, или злом, или ни тем, ни другим. Блага – это добродетели: разумение, справедливость, мужество, здравомыслие и прочее. Зло – это противоположное: неразумие, несправедливость и прочее. Ни то ни другое – это все, что не приносит ни пользы, ни вреда, например жизнь, здоровье, наслаждение, красота, сила, богатство, слава, знатность, равно как и их противоположности: смерть, болезни, мучение, уродство, бессилие, бедность, бесславие, безродность и тому подобное”. (Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. С. 273).

• Коль скоро в мире действуют объективные закономерности, внешние обстоятельства человек изменить не в силах. Но над своим внутренним миром он может быть полным и всевластным хозяином, добродетельным настолько, насколько, он способен быть самодостаточным, независимым и свободным от судьбы, какой бы злокозненной она ни была. В поэтической форме духовный портрет стоика прекрасно передал В. Шекспир. Вот как Гамлет аттестует своего лучшего друга Горацио:

“Едва мой дух стал выбирать свободноИ различать людей, его избраньеОтметило тебя: ты человек,Который и в страданиях не страждетИ с равной благодарностью приемлетГнев и дары судьбы; благословен,Чьи кровь и разум так отрадно слиты,Что он не дудка в пальцах у фортуны,На нем играющей. Будь человекНе раб страстей, – и я его замкнуВ средине сердца, в самом сердце сердца,Как и тебя.”

• Такая трактовка добродетели (как состояния независимости от объективного бытия – с одной стороны, и от субъективных склонностей – с другой) совпадает с апатией (греч. Apatheia – бесстрастие). Однако, будучи бесстрастным, стоик в действительности тяготел к глубоко мужественным и энергичным формам поведения, примерами которых изобилует античная литература. Несмотря на индивидуалистический пафос и духовную обособленность стоической личности, этика стоиков не столько социальна, сколько космополитична, поскольку ориентирована не на социум, а на мировое бытие, универсум в его природной и эмпирической целостности.

Тем не менее, несмотря на ряд очевидных достоинств, этика стоицизма не свободна и от недостатков. Перечислим основные из них.

• Стоическая этика апеллирует к человеческой силе, но ничего не может поделать с человеческой слабостью. Ее идеал – бесстрастный мудрец, стоящий над обычными земными людьми и подавляющий их своим совершенством. Между тем подлинная мораль не может быть избирательной и в орбиту ее влияния должны попадать все члены человеческого сообщества независимо от их личностных качеств.

• Как и гедонистическая этика (в особенности этика Эпикура) стоическая этика представляет самодостаточного человека, обособленного от житейского кипения страстей и эмпирической “злобы дня”. Однако, противопоставляя свободу своего индивидуального бытия миру, где царствует необходимость, стоик на самом деле подчиняется ему. Поэтому стоическая этика есть этика “мира сего”, где царствует жестокость, социальные катаклизмы, произвол и насилие. Будучи не в состоянии противостоять ему на деле, стоик пытается быть независимым духовно… и замыкается в своей самоизоляции.