Философия науки

В процесс бегства из родной страны оказались также втянуты интеллектуальные ресурсы России. Резкое снижение государственной поддержки науки, а также слабая заинтересованность в научных разработках со стороны частного бизнеса привели к тому, что из России выехали за рубеж десятки тысяч ученых. Уровень общенационального управления наукой в России резко упал, а эффективных форм самоорганизации научных коллективов пока не имеется. К тому же в России нет еще профессии "менеджер по науке", и потому преодолеть существующий хаос в организации научных исследований не удается.

В ходе решения технических проблем современной цивилизации занятия наукой превращаются из духовной деятельности в товарно-рыночную деятельность. Продукция науки становится мыслью-товаром и сталкивается в конкурентной борьбе с другими мыслями-товарами. Отсюда возникают специфические научные тайны, секреты коммерческого характера, которые препятствуют свободному обмену научными идеями и сужают сферу свободного научного творчества. Зачастую ученому-творцу запрещается обмениваться мнениями с профессионалами своей области, он не имеет права по своему желанию публиковаться, выступать на конференциях, или его тексты проверяются на предмет сохранения коммерческой тайны. В подобной ситуации право интеллектуальной собственности на научный продукт зачастую принадлежит не ученому или научному коллективу авторов, а фирмам, концернам, вложившим свой капитал в научные разработки. Коммерческая закрытость научных разработок приводит к дублированию исследований различными фирмами, к распылению национальных интеллектуальных ресурсов, к научному шпионажу, к воровству научных идей и к другим позорным для науки явлениям. Между тем наука как область производства знаний является по своей природе общественным производством в том смысле, что ее результат в большей степени, чем продукт материального производства, является итогом всей предыдущей деятельности общества. Не случайно, что не существует, например, национальной физики или математики, тем более не существует личной науки определенного исследователя. Точно так же всякое крупное техническое изобретение не принадлежит отдельному лицу.

В научных открытиях и технических изобретениях аккумулируется труд многих и многих исследователей и инженеров. Иногда целые поколения творцов являются "соучастниками" подобных преобразований в науке и технике. И потому, например, культурная научная традиция требует от ученого, чтобы он вводил в процесс обоснования своего личного вклада в науку указания на своих предшественников, на их труды и идеи, способствовавшие развитию новой концепции и получению новых результатов. Будучи по своей природе всеобщим трудом, научный труд не укладывается в границы частного или корпоративного труда. В силу этого он сам и его результаты не могут иметь привычные для рыночного хозяйства стоимостные определения.

Не поддаются такому определению творческие интеллектуальные трудозатраты. Научная работа не втискивается в рамки рабочего дня. В отличие от труда физического интеллектуальная деятельность практически не имеет границ. Мозг ученого продолжает трудиться и во время отдыха, и даже во время сна. Такой труд строится по законам свободного времени, его источником являются особые творческие потребности людей. Он сам и его результаты способны давать интеллектуальным труженикам высокое духовное наслаждение. Современная цивилизация еще не созрела для признания значимости такого труда и стремится ограничить его роль узкими рыночными мерками.

В наше время доминирует формула об ответственности науки за эффективное применение технических средств в производстве и вне производственной сферы. Эффективность же понимается как прибыльность и доходность. Между тем применение науки к технологическим и техническим разработкам должно опираться на более емкую трактовку эффективности. Она предполагает использование комплексных критериев, единство которых способно учитывать качество технического прогресса. Нормализованным показателем качества сегодня признается критерий оптимизации.