Философия Стократа. Ищем акции, которые приносят максимальный доход

Это не так. Вы можете иметь довольно мрачный взгляд на мир, и все равно я бы рекомендовал вам создать портфель кофейной банки. Объясню почему.

Но сначала немного об оптимизме Баффета.

Я читал его ежегодное письмо. Я также прочитал много комментариев к этому письму. Один из самых интересных критических отзывов написала Ада Ли, обозреватель SNL Financial.

Самый большой недостаток письма – тот же, что и в прошлом году: Баффет выражает оптимизм в отношении перспектив Америки, словно специально вселяя в читателя самоуверенность, которая представляет наибольший риск для этого оптимизма.

В письме Баффет говорит, что «всегда считал ставку на постоянно растущее процветание США очень близкой к гарантии. Ну и кто за последние 238 лет выиграл, поставив против Америки?»

На это Ли дает хороший ответ.

Никто. К сожалению, такого рода утверждения абсолютно верны вплоть до того дня, когда они становятся абсолютно ложными. То же самое можно было бы сказать об Афинах вплоть до начала Пелопоннесской войны, или о Риме времен правления Августа, или даже о Советском Союзе примерно до 1980 года – после чего очень многие люди получили огромную выгоду, делая ставки против этих государств.

Все это настраивает на размышления о будущем, которое может быть не столь благополучным. Какие уроки по поводу сохранения богатства преподают нам минувшие бедствия?

Ответить на этот вопрос пытались многие. Первым, о ком я подумал, был покойный Бартон Биггс. Он долгое время работал стратегом в Morgan Stanley, а затем стал управляющим хедж-фондом и автором. (Hedgehogging[3] – его лучшая книга, которую вам стоит прочитать.)

Но Биггс был в некотором роде катастрофистом. Его внимание приковывали исторические периоды потерь и разрушения огромных богатств, когда, по его словам, четыре всадника Апокалипсиса выезжали в мир. Он опасался, что катастрофы могут повториться. Он задавал вечный вопрос: «Как сохранить богатство во времена, когда четыре всадника вырываются на свободу?»

Это был один из двух вопросов, которые, по словам Биггса, «долгое время одолевали» его. Другой вопрос заключался в том, был ли фондовый рынок мудрым в своих суждениях или просто «бессмысленным единодушием толпы». В своей «Истории инвестиционных стратегий»[4] Биггс рассматривает эти вопросы через призму Второй мировой войны.

Говоря о мудрости толпы, Биггс обнаружил, что фондовые рынки мира демонстрируют «удивительно хорошую интуицию в эпические поворотные моменты. Как гласит старая поговорка, когда грядущие события отбрасывают свои тени, те часто падают на Нью-Йоркскую фондовую биржу».

Он описал, как:

● «британский фондовый рынок достиг дна… в 1940 году прямо перед битвой за Британию»;

● «американский рынок навсегда перевернулся в конце мая 1942 года во время эпической битвы за Мидуэй» и

● немецкий рынок «достиг пика в момент нападения Германии на Россию, как раз перед тем, как передовые немецкие патрули увидели огни Москвы в начале декабря 1941 года».

«Это были три великих изменения динамики Второй мировой, – писал он, – хотя в то время никто, кроме фондовых рынков, не считал их таковыми».

Должен признать, что это действительно удивительные прозрения рынка. Мнение рынка легко списать на сумасшествие, когда он не согласен с вами, но Биггс доказал: коллективное суждение рынка может быть мудрее, чем мы предполагаем. В любом случае это не относится к тому, что я считаю вторым, главным вопросом.

Второй вопрос касался того, как сохранить богатство, когда четыре всадника на свободе. В поисках ответа Биггс рассмотрел множество кровавых событий времен Второй мировой войны.

Но даже после всего этого катастрофист Биггс рекомендовал вкладывать 75 % капитала в акции.

Отчасти потому, что его собственное понимание истории катастроф оправдывало такой шаг – акции по-прежнему часто были лучшим способом сохранить покупательную способность в течение нескольких лет, даже в разрушенной Германии. Но еще и потому, что он понимал: лучший шанс приумножить свое богатство – это иметь собственность. Люди хотят быть собственниками.

Если вы владеете акциями, вы являетесь совладельцем реального бизнеса, в котором работают реальные люди, пытающиеся разобраться в происходящем, с реальными активами и реальной прибылью. Владение активами – ваша лучшая долгосрочная защита от бедствий.

Но что делать с остальными 25 %?