Финский излом. Революция и Гражданская война в Финляндии. 1917–1918 гг.

Началась перегруппировка войск, причем основной задачей было иметь резерв в районе Рихимяки. Однако выделить войска в этот резерв не получилось.

10 марта на фронте в 400 километров красные перешли в наступление согласно приказу № 15. Наступало три группы красных общей численностью в 12682 человека, резерв был в районе Рихимяки. Русских инструкторов было несколько десятков человек, количество добровольцев уменьшалось, а красные все еще были слабо подготовлены, в то же время белые имели укрепленные позиции, в которые и уперлись красногвардейцы. К тому же, красные не провели разведки. Однако, несмотря ни на что, наступление захлебнулось. Начинался переломный момент в противостоянии белых и красных.

Резюмируя, можно сказать, что красные перешли в наступление через Хейнолу, чего не ожидали белые (они ожидали атаки через Таммерфорс), а затем вышли на тыловую коммуникацию белых.

Маннергейма интересовал Таммерфорс, и то, что красные в ходе начавшегося наступления оттянули оттуда свои силы, не могло не радовать командующего белыми войсками. Во многих местах фронт наступающих красных был прорван белыми. Заканчивался второй этап боевых действий.

Отдельно стоит вопрос о том, сколько на тот момент в Красной гвардии было русских добровольцев. Свечников пишет, что на момент наступления красных, то есть на середину марта, в Финляндии было не более тысячи русских добровольцев. По мнению Холодковского, в конце февраля в Финляндии было около трех тысяч русских добровольцев, но такую разницу в цифрах можно объяснить начавшейся демобилизацией русских войск. Однако, по мнению исследователя Л. В. Власова, «фактически их [добровольцев] было намного больше. Об этом говорит рапорт № 970 от 14 мая 1918 г., обнаруженный исследователем Евгением Николаевичем Шошковым. В нем начальник русских морских сил Балтийского моря контр-адмирал А. П. Зеленой доложил командующему флотом, что финны готовы передать объявленных военнопленными 5000 русских офицеров, солдат и матросов и 800 человек, плененных в Або»[60]. Это говорит о том, что в конце Гражданской войны в плен к белым попало почти 6 тысяч русских солдат. Однако тут возникает вопрос – были ли они добровольцами или просто не успевшими демобилизоваться солдатами? Если это были добровольцы, то такое сильное занижение реальной их численности Свечниковым можно списать на то, что он не хотел в своей книге показывать, что русские в Финляндии в открытую нарушали условия Брест-Литовского мирного договора, а именно, что эвакуировались далеко не многие солдаты. Однако в любом случае реальная численность русских добровольцев в финской Красной гвардии до сих пор остается невыясненной.

Начало германской интервенции

Финляндия, являвшаяся, по сути, буферной зоной на пути к Петрограду, конечно, привлекала внимание противников России. Оказавшись в поле деятельности Германии, немцы уделяли большое внимание северной окраине Российской империи, ведь граница ВКФ на Карельском перешейке проходила чуть более чем в 30 километрах от центра Петрограда, а в Карелии совсем недалеко от Мурманской железной дороги, по которой страны Антанты снабжали Россию. Были планы наступления шведов в Финляндию, чтобы оккупировать ВКФ и установить угрозу столице России, дабы она оказалась в кольце: с востока наступали немцы и австро-венгры, а с севера недалеко от столицы стояли шведы. Но Швеция в Первой мировой войне решила соблюдать нейтралитет.

Про события, связанные с сотрудничеством активистов с немцами, уже писалось в начале книги, также писалось и о создании егерского батальона. Однако после Октябрьской революции пронемецкие настроения в Финляндии активизировались: финские либерально-консервативные силы, объединившись с активистами, в один голос просили немцев высадить десант на Аландские острова; 26 октября (8 ноября) немцам был передан меморандум с этой просьбой. Немцы же боялись предпринимать какие-либо действия, ибо вели переговоры с Россией, но поставки вооружения в Финляндию не прекратили.

После отделения Финляндии от России немцы не прекратили поставок вооружения, хотя, казалось бы, вопрос независимости был решен. Но немцам было важно сохранить статус «защитника и покровителя» финнов.

Немцы продолжали медлить с решением вопроса о высадке десанта. Тогда Маннергейм решил попросить о помощи страны Антанты, помимо этого в умеренных политических кругах Финляндии уже витали идеи об объявлении Финляндией нейтралитета, поэтому немцы решили поторопиться со своим решением. То, что Антанта замешкалась, сыграло свою роль.

13 февраля, после того, как Троцкий на переговорах в Брест-Литовске заявил: «Ни мира, ни войны, а армию распустить», – и разорвал переговоры, немцы решили перейти к активной политике на Востоке, в первую очередь к наступательным боевым действиям.