Физ-культура? Физкульт-ура?

– Проект с рынком был предложен вами?

– Нет, идея принадлежит мэру Москвы Юрию Михайловичу Лужкову. Помните указ Ельцина о свободе торговли? К сожалению, у нас его тогда поняли «по-своему»: вереницы лотошников оккупировали Тверскую, Охотный ряд, Столешников… К вечеру в центре города оставались груды мусора, ящики, пустые коробки, по которым кое-где уже начинали шнырять крысы. С этим безобразием надо было тогда срочно кончать, и Юрий Михайлович предложил сконцентрировать торговлю в одном месте – в «Лужниках».

– И вы на стадионе принялись создавать акционерное общество?

– Идея АО появилась гораздо раньше, еще до перестройки. Мы ясно видели: подходим к тупику. Я совершенно убежден в том, что по сложности управления всем комплексом объектов «Лужники» вполне можно сравнить ну хотя бы с Байконуром. Попробовали бригадный подряд – не подошло. Завязали отношения с кафедрой экономики социальной сферы экономического факультета МГУ и поняли: нужна форма акционерного общества. В те годы у нас в стране мало кто знал, что это такое, зато с перестройкой и либерализацией нашей экономики эти научные разработки очень пригодились.

Сколько стоит «Торпедо»?

– Опустим период первоначального накопления капитала. Очень скоро открытое акционерное общество «Лужники» и созданный им рынок стали известны на просторах всего бывшего СССР – от Балтики до Памира. Насколько я знаю, уже тогда вы вынашивали идею покупки футбольного клуба высшей лиги: на огромном стадионе некому было играть?

– Почву для сомнений породило поведение нашего постоянного арендатора еще с первых лет существования стадиона в Лужниках – московского «Спартака». Мы поняли, что в рыночных условиях спартаковцам уже небезразлично, где играть.

– Но «Лужники» ведь самый вместительный в Москве стадион.

– Я бы еще скромно добавил: не только самый вместительный, но – после последней реконструкции – и самый комфортабельный, входящий наряду со «Стад де Франс» в Париже и римским «Стадио Олимпико» в десятку лучших стадионов Европы. Понятно, что на первоклассной арене и арендная плата высокая. На «Локомотиве» спартаковцам предложили более льготные условия, и они игры внутреннего календаря стали проводить в Черкизово. Зато матчи Лиги чемпионов могли играть только в «Лужниках». Поскольку я еще с союзных времен являлся членом правления ФК «Спартак», то решил выйти с предложением: давайте объединим наши усилия.

– Тоже своего рода акционерное общество?

– Если хотите, да. У «Спартака» нет своего стадиона, «Лужникам» необходимо было «загрузиться» футболом. Общность интересов, что называется, налицо. По нашему предложению мы входили в этот альянс Большой спортивной ареной, а «Спартак» – футбольной командой и прочими своими активами, включая всю инфраструктуру клуба.

– Альянс этот, однако, так и не состоялся…

– Первым спартаковцем, в разговоре с которым я затронул эту тему, был Николай Петрович Старостин. К сожалению, договориться нам тогда не удалось: Николай Петрович почему-то был уверен, что «Лужники» поглотят «Спартак». Юрий Александрович Шляпин, который занимал в то время пост президента клуба, также осторожничал. Не вдохновила эта идея и Олега Романцева.

– Очевидно, их смущала перспектива выступать под названием «Спартак-Лужники»?

– Так ведь ничего подобного даже не предлагалось! «Спартак» – это «Спартак», «Лужники» – это «Лужники». Мы, кстати, тоже немало сделали для страны. Да и за рубежом известны. Зачем рекламировать то, что и так уже раскручено? Я всегда считал: каждый должен идти по жизни со своим именем.

– Короче, со «Спартаком» тогда не получилось. «Динамо» и «Локомотив» жилищных проблем не испытывали, зато у ЦСКА они имелись.

– Проблемы-то у армейцев были, но и ЦСКА, и «Динамо», что ни говорите, все же команды ведомственные. И тот, кто вкладывает в эти клубы деньги, сильно рискует.

– Чем же?